По пути мне пришла в голову одна идея, и я закрутил на улице головой. К счастью, Мазодур еще не ушел и в этот момент разговаривал с какими-то со стражниками, что стояли возле Джипа. Так я стал называть эти суровые внедорожники. Они явно приехали с какого-то задания, запыленные и разгоряченные. Я подошел поближе, чтобы рассмотреть внимательней автомобиль. Это точно полный привод, спереди крепкий бампер, посередине турель с занятным пулеметом. Смахивает на «Максим» или «Виккерс» с водяным охлаждением. Сбоку висит увесистая коробка. Сколько же там патронов? Пятьсот? А вот трубка, ведущая к коробу, меня заинтересовала больше. Это у нас получается принудительное охлаждение с помощью помпы, которая в свою очередь работает от двигателя автомобиля? Интересная конструкция и главное — смертоносная.

Я подозвал жестом заметившего меня Мазодура и спросил:

— Не будете ли вы так любезны указать мне на карте контору денежных менял. У меня проблемы с вашими гривнами. Пока не понимаю, сколько и как они стоят.

— Почему бы не подсказать, я с большим удовольствием сопровожу вас. Мне все равно потребно в ту сторону.

— Ой, буду премного благодарен!

Мазодур остался доволен тем, что я запомнил дорогу, но после центральной площади посоветовал двигаться по параллельной набережной улице.

— Доедем до порта, там всегда лучший курс. Я постою рядом, чтобы вас не обманули. Хотя вы и так лихой человек, Олег. Я только что разговаривал с патрулем городских стрелков. Они вернулись с хутора, поймали там несколько бездельников и устроили допрос. Черный лис ушел еще вчера. Жаль, упустили. Это вы ведь его обезоружили и ранили?

— Пришлось!

— Надо было пристрелить. Много крови за ним. Поганый человек. Вам бы тогда город премию выплатил.

— Я же не знал.

— Да я вас не корю. Удалось уйти живым, и то хлеб. Вот, кстати, рекомендую, — мы проезжали мимо магазина, на витрине которого были выставлены чучела птиц и зверей, а на яркой вывеске красовался револьвер. — Лучший оружейный магазин города! Там у вас смогут принять на комиссию даже такое старое ружье как этот трофей. Купите себе обязательно вот такой пистоль, — он указал на висящий на ремне револьвер. — В городе сподручнее. Получите личный свиток, сможете носить такое оружие в Вортюге и Портюге. Скоро зима, из-за реки с диких степей в город по льду иногда приходит разное зверье. Так что по ночам лишний раз не рекомендую из дома выходить.

— Спасибо.

— Вот сейчас поворачивайте к реке.

На набережной широко раскинулось шумное торжище. Торговые ряды стояли на причале, и, похоже, что товар туда приносили прямо с барж и кораблей. Но мы не дошли туда, а свернули к длинным складским строениям. У некоторых из них были открыты ворота, там также велась торговля, но все больше оптовая. Менялы в основном являлись выходцами из южных краев. По говору иранцы или пакистанцы, но точно не тюрки. Эк, их сюда занесло! Ведший со мной дело мужчина с узкой длинной бородой с пренебрежением принял российские купюры, но сразу оживился, когда увидел в моих руках пачку долларов. Вот уж никак не ожидал, что «вечнозеленый» будет востребован и в ином мире. Меняла ловко пересчитал купюры, просмотрел их на свет и затараторил по-своему, показав мне затем две бумажки с цифрами.

— За ваши рубли он дает двенадцать гривен, за зеленые банкноты двести пятьдесят семь. Это вельми знатный капитал. Двухмесячная оплата труда мастерового.

— Давайте, — кивнул я. — Но мне нужна еще и мелочь — расплачиваться в лавках и давать на чай.

— Правильно, и попросите половину суммы в дирхемах Фарси. Их потом можно обменять выгодно в банке.

Так и поступили. Меняла с недовольным видом отсчитал мне с десяток увесистых серебряных монет, больше смахивающих на спортивные медали. Остальные выдал в виде россыпи более мелких, имеющих один тип. Видимо, это и были гривны. Остаток пришелся на пригоршню разнообразной меди. К моему удивлению, она оказалась разного типа, в груде медяшек попадались даже старые советские монеты. Но как пояснил урядник, все они были в городе в ходу.

Сложная тут, однако, денежная арифметика! В конце сделки Мазодур вдобавок выторговал у менял кошель, который помог пристроить на моем ремне. И в самом деле, такую кучу монет носить без него неудобно.

Расстались мы в приятнейшем состоянии духа около гостиницы. Урядник вышел немного раньше, пообещав еще как-нибудь навестить меня. Что-то мне показалось, что во всех этих денежных делах у него есть свой интерес. Так и понятно — должен же кто-то окучивать вновь прибывших.

По пути в гостиницу я заглянул в «Тойоту». Внедорожник, с которым было столько связано, уже стал фактически родным. Я посидел несколько минут в водительском кресле, потрогал старый пластик панели, подергал ручку переключения передач. И в этот момент в сердце что-то ёкнуло. А ведь я, по сути, согласился с предложением местного Малюты Скуратова! Пусть он и работает более цивилизованными методами, но от этого суть всех спецслужб мира не поменялась. Они все античеловечны от собственной натуры. Ими изначально придуман образ некоего «Государства», ради которого стоит гробить судьбы людей, а то и вовсе отнимать у них жизнь или свободу. Так что бодаться с дубом себе дороже!

С другой стороны, мне дают за этот вызывающий ходячий артефакт неплохую сумму, которая поможет прочно обосноваться Здесь. Так, а мне обязательно нужно оставаться именно в этом городе? Я же еще ни черта не знаю о «Свалке»! Так что будем погодить с важными решениями. Да и Сыт не особо торопит. Значит, у него есть какой-то собственный резон привязать меня к Вортюге. Он, вообще, сразу отнесся ко мне по-человечески. Или это так кажется? Играет? Тоже как вариант. Ничего личного — работа такая. Привлекать новых людей в город, особенно не бедных и с нужной профессией. Тогда он превосходный знаток своего дела.