Со своего кресла встал Иваныч, надвинув кепку еще глубже на глаза, подошел к Стреляному, по-прежнему стоявшему на коленях:

— Ты коллектив кинул, проблемы нам принес… Коллектив тебя за это накажет…

Иваныч неожиданно сильно ударил Стреляного ногой в ухо. Миша взвыл и покатился по полу. Брызгая слюной, он закричал:

— Братва, он всех продаст, этот мусорок! Антибиотику он подъерлыкивает, но ебло свое кумовское еще покажет! Вы еще вспомните…

— Ты хипеж не поднимай, Миша! На Адвоката мышку рано ставить, поработает еще… А вот тебе мы жало вырвем!

Стреляный рванул рубаху на груди:

— Из-за цветного горло рвете?! Ледогоров не дал ему договорить:

— Не об Адвокате речь, ты на всех нас положил. Доктора завалил, должен отвечать… А путания твои — легавый волка не возьмет…

— Хватит базара! — вмешался Антибиотик, — Я думаю, всем все ясно? Что решать будем? Иваныч?…

— Должен отвечать! — Иваныч посмотрел на Муху, передавая эстафету ему. Муха, огромный стотридцатикилограммовый амбал, не проронивший до этого ни слова, жестко усмехнулся:

— Пенки пускает, фуфел, пусть ответит…

Ильдар, молчаливый угрюмый татарин, кивком подтвердил свою солидарность с Мухой.

Сазон махнул рукой:

— Борзой стал, работать не хочет… Мочить! Очередь дошла до Ледогорова. Тот пожал плечами:

— Нельзя себя над коллективом ставить… Выход только один… Виктор Палыч удовлетворенно кивнул и повернулся к Стреляному:

— Ну, ты понял, Мишаня.

Стреляный поднялся на ноги и ощерился:

— Я зону держал, а вы меня из-за… Сазон презрительно улыбнулся и тоже встал:

— Мы честный базар ведем, а ты даже стойку держать не можешь!

Миша сник, словно выдохся, вытер мокрое от пота лицо:

— Ладно, братва, вы меня еще вспомните! Виктор Палыч укоризненно покачал головой:

— Мы, Мишаня, всегда тебя помнить будем, о маме твоей позаботимся, не переживай… Антибиотик обвел всех присутствующих взглядом и предложил:

— Ну что, давайте сюда комсомольца нашего дернем; его это напрямую коснулось, пусть крещеньице примет… Никто не возразил. Виктор Палыч подошел к двери и гаркнул в коридор:

— Вася! Давай Адвоката сюда!

Когда двухметровый верзила пришел за Челищевым, Сергей почувствовал, что в доме происходит что-то важное, касающееся его лично. Спустившись в большой зал и увидев собравшихся авторитетов, он все понял — на Стреляном уже лежал отпечаток обреченности, его словно не замечали. Атмосфера в зале была накалена до предела. Ледогоров без лишних слов протянул Челищеву выкидной нож.

— На, распиши его, — он кивнул на Стреляного, который озирался и скалился, словно затравленный волк. — Это он Доктора замочил.

Сергей вспомнил, с какой ненавистью при редких встречах смотрел на него Стреляный. Все вставало на свои места. Времени удивляться тому, как оперативно и быстро провел Антибиотик свое «дознание», не было. Сергей посмотрел на нож, который ему протягивал Ледогоров, и качнул головой:

— Нет! Я не мясник, чтоб забивать козла на привязи… Ледогоров опустил протянутую руку. Сазон удивленно приподнял плечи:

— Тебе, Адвокат, коллектив поручает…

— Виктор Палыч, — обернулся к Антибиотику Челищев. — Мне впадло так, слишком дешево получается… Я за себя и Доктора по-честному сквитаться хочу, один на один… Авторитеты переглянулись. Такого ответа они, видимо, не ожидали.

— Нормальный ход, — одобрительно хмыкнул Ледогоров.

Сазон откинулся в кресле и тоже кивнул:

— Рисковый пацан, молоток! Только Антибиотик как-то странно скривился, но в конце концов махнул рукой:

— Что ж, Сережа, ты сам выбрал… Все задвигали креслами, освобождая середину зала, Муха, улыбаясь, зашептал что-то на ухо Ильдару, тот молча кивнул и незаметно показал два пальца: похоже, они заключали пари.

Сергей коротко глянул на Стреляного, крутанул плечами, разминая их, и, выдернув ремень из джинсов, отбросил его в сторону, чтобы не давил, не сбивал дыхание. Затем он резко выдохнул одновременно ртом и носом и поднял голову. Он не чувствовал злобы или страха. К нему пришли спокойствие и холодная уверенность в себе. Стреляный же, наоборот, дергался, потел и непрерывно скалился. Наклонив по-бычьи голову и выставив руки, он заревел:

— Я тебя сейчас пялить буду, мусор гнойный!

Сергей молча ждал в расслабленной позе. Он чуть прикрыл глаза и вспомнил лицо Федосеича. Сергей почувствовал, что он не один, и улыбнулся.

Стреляный с завывом бросился на Челищева. Сергей поймал его движение и как бы присоединился к нему. Миша даже не заметил, как нога Челищева пошла вверх. Подхват буквально подкинул Стреляного в воздух, и он тяжело упал на спину, застонал, но нашел в себе силы быстро перевернуться и на четвереньках броситься к камину, где лежала оставленная Антибиотиком кочерга. Но добраться до нее уже не успел — Челищев прыгнул ему на спину, подхватил правой рукой у горла Стреляного левый лацкан его пиджака и резко потянул к себе, одновременно левой рукой упираясь в толстую шею противника. Стреляный завалился набок, захрипел, задергал ногами, но Сергей словно приклеился к его спине и все крепче сдавливал лацканом пиджака Мишине горло.