Шрифт:
Жаккетта стала прикидывать, во сколько обойдется им этот визит, и не послать ли лекаря подальше, рано или поздно госпожа проснется, куда же она денется?
Но рыжий решил по-другому.
– Да, дама занемогла. Жаккетта, ты отведешь доктора к госпоже?
Жаккетта рассудила, что раз рыжему денег не жалко, пусть лекарь смотрит госпожу Жанну сколько влезет. Только глаза у почтенного представителя медицины чересчур любопытные.
– Пойдемте! – коротко сказала она.
Жанна спала.
Лекарь принялся осматривать ее, попутно расспрашивая Жаккетту.
– Вы с госпожой приехали на Кипр погостить?
– Нет! – отрезала Жаккетта.
– Как, разве у госпожи здесь нет никого знакомых?
– Нет у госпожи здесь никого знакомых! – упрямо сказала Жаккетта. – Она по святим местам путешествует, где ее предки воевали.
– О, как интересно! Reddite quae sunt Caesaris, et sunt Dei, Deo, Domine in nomine Patriset Filii et Spiritus Sanat, Amen [54] … – пробурчал врач. – А ты, дитя мое, христианка?
54
Воздайте кесарево кесарю и божие богу во имя отца и сына и святого духа, аминь.
– Конечно! А что одежда мусульманская, так то не моя вина! – почувствовала подвох Жаккетта. – В такой переплет попали, еле выбрались! Господин Жан нас вытащил! – мотнула она головой в сторону рыжего, который с невозмутимым видом слушал ее вранье. – Госпожа даже лик Пресвятой Девы вышивать начала в благодарность за спасение!
Жаккетта не поленилась, достало рукоделие Жанны и ткнула под нос лекарю.
– Omnia mea mecum porto [55] – глубокомысленно сказал врач.
55
Все свое ношу с собой.
– Чего? – обиделась Жаккетта.
– Dum spectant oculi laesos, laeduntur et ipsi: multaque corporibus trsitione nocent [56] – объяснил лекарь. – Просто чудо, что все так хорошо кончилось. Теперь понятно, почему дама слегла. Она ведь почувствовала себя плохо на прогулке? По дороге, ведущей мимо поместья наших крупнейших землевладельцев Фальеров?
– Уж не знаю куда ведущей, а только на той дороге дедушка госпожи, когда в походе за веру был, чуть было жизни не лишился и Господь его спас. С той поры он завещал своим потомкам, кто на Кипр попадет, вознести в том месте благодарственную молитву за свое чудесное спасение! – поведала лекарю Жаккетта. – Вот госпожа и пошла, да только не надо было ей ходить, а надо было сил набраться.
56
Смотря на больных, наши глаза и сами заболевают: и вообще многое приносит телам вред, передавая заразу.
– Tempore et loco praelibatis [57] , – сделал вид, что поверил лекарь.
– Правильно, все как Вы говорите! – подтвердила Жаккетта
Лекарь понял, что выведать интересующие его подробности, кроме как бесконечной истории про благочестивую госпожу и ее героического дедушку у камеристки вряд ли удастся. Он скосил глаза на рыжего господина Жана и понял, что лишние вопросы приведут только к неприятностям. Но знать правду так хотелось…
Поэтому он нагнал побольше морщин на лоб и категорически заявил:
57
В свое время и в своем месте.
– Non haec ampliius est liminis, aut aquae coelestis, patiens latus! [58] Госпожа серьезнейшим образом больна. Лечение может продлиться несколько недель и больной даме совсем не место на постоянном дворе. Я предлагаю перевезти ее в мой дом, где она будет иметь постоянный присмотр. Иначе за ее жизнь я не поручусь. Manifectum non eget probatione! [59]
– А в чем, собственно, дело? – открыла глаза Жанна.
Она смотрела на мир и окружающих ее людей очень недружелюбно, но вполне осознанно.
58
Это тело больше не в силах переносить пребывание под открытым небом или терпеть ливни.
59
Очевидное не нуждается в доказательствах.
– Доктор говорит, Вы помрете скоро! – сообщила ей последние новости Жаккетта.
– Я так не говорил, дитя мое! – возмутился лекарь. – Мы все очень рады, что Вы очнулись, но во избежание нежелательных осложнений вам лучше побыть неделю под присмотром человека, чей долг в этом мире – врачевать людей.
– Спасибо, доктор, но я здорова! – процедила Жанна. – Очень приятно было с Вами познакомится. Извините, я должна одеться.
Лекарь, разочарованный, что спасти даму от неминуемой смерти в силу ее упрямства не удастся и узнать про нее побольше, соответственно, тоже, ушел.
– Жаккетта, рубашку подай! – хмуро сказала Жанна.
– Поскольку в последнее время я решил, на случай если пиратством прокормить себя не удастся, овладеть новым ремеслом прислужника прекрасным дамам, то принимаю на себя тяжкий труд по доставке завтрака! – сообщил рыжий и удалился.
Жаккетта принялась одевать госпожу.
– Ну и какие у вас теперь планы? – спросил рыжий Жанну, когда она поела.
– Купить новые платья! – заявила Жанна.
– Хорошо, – пожал плечами рыжий. – Едем в Лимасол. Какие проблемы…