Прусий, Никомед, Арасп

Прусий

Довольно, Никомед, мне споры надоели!

Не думаю, чтоб ты был низок в самом деле.

Но в чем-то римлянам должны мы уступить

И страх перед тобой в царице, погасить.

К тебе привязан я, ее люблю я страстно,

И ваша ненависть взаимная ужасна:

Те чувства, что во мне живут к обоим вам,

Способны разорвать мне сердце пополам;

Хочу я примирить в себе два этих званья

Супруга и отца, - чтоб кончились терзанья.

Никомед

Хотите мой совет? Супругом и отцом

Не будьте.

Прусий

Кем же мне прикажешь быть?

Никомед

Царем!

Пусть видят все, что вы - народов повелитель.

Царь истинный - не муж и даже не родитель:

Лишь о величии все помыслы его,

Царь должен царствовать... Не бойтесь же того,

Что скажет Рим о вас: он будет вас страшиться.

Хотя могуществу его и нет границы,

Я страх ему внушил, и дело только в том,

Что знает он, каким могу я быть царем.

Прусий

Что ж, буду царствовать! А ты, в решеньях смелый,

Меж Лаодикою и троном выбор сделай:

Я произвел раздел меж братом, и тобой

И больше не отец, а повелитель твой.

Никомед

Когда бы вы царем и Лаодики были

И этот выбор мне, как ныне, предложили,

Просил бы я мне дать на размышленье срок;

Но, чтоб не заслужить еще один упрек

И ей не нанести при этом оскорбленья,

Я подчиняюсь вам, отбросив все сомненья:

Отдайте брату трон, а право выбирать

За Лаодикою оставьте... Мне сказать

Вам больше нечего.

Прусий

О низость! О паденье!

Как! Из-за женщины такое ослепленье?

Был выбор дан тебе - ее ты предпочел,

Отдав и предков трон, и то, что приобрел...

Да после этого и жить ты недостоин!

Никомед

Я с вас беру пример и потому спокоен:

Не сами ль женщину вы сыну предпочли,

Чей меч опорой был подвластной вам земли?

Прусий

От трона моего я не отрекся все же.

Никомед

От самого себя не отрекусь я тоже.

Чего лишаюсь я, Атталу трон отдав?

На власть верховную не предъявлю я прав

До вашего конца, простите это слово

(Ведь смерть монарха ждет, как всякого другого);

А после ваш народ, оставшись без царя,

Быть может, предпочтет не брата, а меня.

Не так уж схожи мы: различье между нами

Нетрудно разглядеть и слабыми глазами;

А право старшинства столь чтимо с давних пор,

Что и за изгнанных вести способно спор.

Коль все покорны вам, то потому отчасти,

Что новых подданных вручил я вашей власти;

Как ни гневился б Рим, но я смогу в свой час

То сделать для себя, что делал и для вас.

Прусий

Приказ мой будет строг.

Никомед

Да! Если Рим лукавый

Вас мной пожертвовать заставит, чтоб со славой

Мог властвовать Аттал. Иначе будет он

У власти пребывать... до ваших похорон.

И я из этих слов не делаю секрета:

Атталу самому хочу сказать все это.

Вот он идет сюда.

Прусий

Не вздумай мне грозить

И знай, что власть его смогу я укрепить.

А завтра...

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Те же, Аттал, Фламиний и телохранители

Фламиний

Если, вы из-за меня в волненье,

То успокойтесь: я забуду оскорбленье;

Возможно, что сенат рассердится, но там

Есть у меня друзья, они помогут вам.

Прусий

Доволен будет Рим, дурные смолкнут страсти:

Я завтра же вручу Атталу знаки власти,

Наследник царств моих получит в Понте трон;

А мой мятежный, сын, кем был я оскорблен,

Пусть в Рим отправится, вас с ним сенат рассудит,

И не Аттал, а он заложником там будет,

Вам под охраною передадут его,

Едва окончится в честь брата торжество.

Никомед

Меня отправить в Рим?

Прусий

Да, в этот град великий,

Вот там и хлопочи о счастье Лаодики.

Никомед

Согласен, государь, коль так угодно вам,