Чтоб успокоить чернь, сенат без промедленья

К угрозам прибегал, суля и послабленья,

И Авентинский холм, а также Квиринал

Свой непокорный плебс покинуть заставлял,

Откуда грозною скатился б он лавиной,

Когда бы гнев его сочли игрой невинной

И дали бы ему в мятеж перерасти...

О нет, мы не пошли по вашему пути!

Арсиноя

Вы правы! Если чернь волнением объята,

Мы будем действовать, беря пример с сената,

И царь... Но вот и он.

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Те же и Прусий

Прусий

Сомнений больше нет,

Откуда это зло: я разгадал секрет.

Возглавили мятеж...

Фламиний

Кто?

Прусий

Люди Лаодики.

Фламиний

Догадывался я... Все громче, громче крики.

Аттал

За ласку и добро как отплатили вам!

Фламиний

Но надо действовать, и вам совет я дам...

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Те же и Клеона

Клеона (Арсиное)

Конец, конец всему, коль не придумать что-то.

Народ беснуется и ломится в ворота:

Им нужен Никомед, они его хотят.

Уже растерзаны Зенон и Метробат.

Арсиноя

Тогда нам нечего бояться: эта малость,

Кровь этих двух людей, насытила их ярость,

Чернь станет ликовать, что подвиг совершен,

И будет полагать, что Никомед отмщен.

Фламиний

Когда бы главарей чернь эта не имела,

Я счел бы, как и вы, не столь серьезным дело:

Толпа, убив двоих, не ищет, кто ей враг.

Но тайный умысел не поступает так:

Он, цель преследуя, мостов не оставляет,

И пролитая кровь его лишь распаляет,

Он отвращение и ужас топит в ней,

Не зная жалости и не щадя людей.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Те же и Арасп

Арасп

О государь! Толпа стекается, и страже

Ее не удержать, и я не знаю даже,

Верна ли вам она: я слышал разговор,

Что под запором принц, да только слаб запор.

Я больше за него быть не могу в ответе.

Прусий

Отдать его, отдать! Он лучше всех на свете!

Мы подчиняемся: бесчестный наш народ

Назвал его царем, теперь его черед!

Утихомирим их без лишнего урона

И голову его толпе швырнем с балкона.

Аттал

Ах, государь...

Прусий

Да, так его мы отдадим

Тем, кто хотел узреть его царем своим.

Аттал

Но это значило б, что больше нет исхода:

Не остановите вы ярости народа,

И смею вам сказать, что на таком пути

Едва ли сможете вы жизнь свою спасти.

Прусий

Смириться должен я, их опасаясь мести,

И принца им отдать с моей короной вместе;

Нет выбора теперь: они сильней меня!

Лишусь я скипетра или погибну я.

Фламиний

Нет, государь, ваш план не так уж мудр, поверьте,

И кто решает здесь, предать ли принца смерти?

Теперь ваш суд над ним всех прав своих лишен:

Он больше вам не сын, заложник Рима он.

Когда б свой приговор оставили вы в силе,

Как оскорбление мы б это расценили;

За принца должен я сенату дать отчет.

А между тем в порту меня галера ждет,

Туда легко попасть по тайному проходу!

Устройте мой отъезд и выйдете к народу:

Я принца увезу, и скажут все, что Рим

Гуманность проявил решением своим.

Но оскорблением сочтем мы, если будет

Казнен заложник наш: Рим это не забудет.

Арсиноя

Могу ли, государь, и я вам дать совет?

Прусий

Слова из ваших уст мне как во мраке свет.

Так говорите же!

Арсиноя

Мне подсказали боги,

Как лучше вас и Рим избавить от тревоги.

Посол немедленно пуститься должен в путь

И взять заложника, а чтобы кто-нибудь

Не поспешил сорвать задуманное дело,

Перед народом вы должны явиться смело,

Вступить с ним в разговор и так построить речь,

Чтобы вниманье всех смогла она привлечь:

Теряют время пусть, не зная, что с галерой

Исчез и тот, кто был надеждой их и верой.