– Ну не знаю, – пробормотала я, уже совсем ничего не понимая, – вам виднее.

– Конечно! – босс хлопнул себя по голове. – Все так и есть! Как я, болван, раньше не догадался? Он мне сразу не понравился, этот смазливый типчик, едва только вошёл сюда…

Тут зазвонил телефон, и босс снял трубку.

– Слушаю… Да вы что?! Ну-ка, ну-ка… – Он начал что-то быстро записывать карандашом. – Та-ак, отлично, приставьте к ней человечка, и чтобы ни на минуту глаз с неё не спускал. А если в радиусе километра появится тип со следующими приметами, – он подробно описал приметы Дмитрия, – сразу пусть хватают его без всяких объяснений и везут сюда… Да, это он. Уверен. Хотя нет, подожди, дай подумать… Нам нужно застукать его на месте преступления.

Подпустите его поближе, пусть подойдёт к подъезду, а потом хватайте. При нем наверняка должно быть орудие убийства. И колите его прямо на месте, пока он будет в шоке. Скажите, что нам о нем все давно известно и так далее. Ну, не мне тебя учить, в общем. Все, пока. Я постараюсь быть там через час…

Положив трубку, он плотоядно усмехнулся и довольно проговорил:

– Считай, что птенчик у нас в руках. Рита Климова, очень похожая на девушку с рисунка Алексея, в данное время в Москве отсутствует. Зато Ксения Порожкова сейчас сидит дома и даже не подозревает, что убийца уже крадётся к ней с монтировкой или с ножом.

– А как, интересно, их так быстро нашли, этих девушек? – подивилась я оперативности нашей милиции.

– Очень просто, через паспортные столы. Сначала нашли по именам и по возрасту, а потом сверили данные тобой приметы с фотографиями в паспорте, которые хранятся в паспортных столах. То есть смекаешь – в паспортном режиме тоже есть свои прелести. – Он засмеялся, и мне сразу стало легче.

– А может, за Димой тоже слежку установить? – выдвинула я предложение.

– Нет, – замотал головой Родион. – Этого делать не следует ни в коем случае – мы можем его спугнуть. Сейчас он не подозревает, что мы на него нацелились, поэтому будет продолжать вести свою игру. А если что-то унюхает, не дай бог, то тут же заляжет на дно и мы уже ничего не сможем доказать. Я сейчас даже алиби его на время убийств проверить не могу – он сразу насторожится. У нас остался только один шанс поймать его, и я не собираюсь упускать этот шанс.

Если бы мать уже пришла в себя и могла назвать имя нападавшего, то мы бы его арестовали. Но Ангелина Степановна все ещё в коме…

– А если что-то случится с той девушкой, Ксенией?

– Ничего с ней не случится, – сердито посмотрел на меня босс. – Её охраняют. К тому же я сейчас сам поеду туда и буду сидеть там в засаде, пока не появится наш голубчик…

– А я как же? – без всякой надежды вылетело из моего рта.

– А ты займись бухгалтерией, – сурово проговорил он. – Хватит уже с нас трупов.

…Через двадцать минут босса не стало. То есть он уехал на площадь Восстания, где проживала Ксюша. А я осталась томиться в приёмной, как вольная птица, заточенная в клетку. Душа моя рвалась наружу, туда, где должны были произойти самые важные события, но мне было приказано сидеть на телефоне и принимать потенциальных клиентов. Короче, хуже не придумаешь.

Не успела я даже погоревать как следует по этому поводу, как зазвонил телефон. Сняв трубку, я услышала взволнованный голос убийцы, то бишь Димы. Он, казалось, ничуть не удивился тому, что я осталась жива после его удара по голове.

– Мария, где Родион?

– Он уехал по делам, а что? – Я старалась держать себя в руках и говорить приветливо, хотя уже ненавидела этого человека всей душой.

– Что, черт возьми, произошло у моих родителей?! – истерично взвизгнул он. – Что случилось с мамой?!

Ах ты, подонок, подумала я, ты ещё спрашиваешь?! Будто сам не знаешь, что случилось с твоей мамой! Сам раскроил ей голову монтировкой, меня чуть в гроб не загнал, а теперь невинной овцой прикидываешься! Чудом сдержавшись, чтобы не высказать все это вслух, я процедила:

– Почему вы на меня кричите?

– Что значит почему?! – проорал он. – Ты ведь там была! Мне что, в ножки вам поклониться за то, что мою мать чуть не угробили?! Если бы вы не влезли в это дело, все были бы живы! Это вы во всем виноваты…

– А ну-ка заткнитесь! – рявкнула я. – И не устраивайте тут истерик! Вы нас сами попросили вмешаться, так что теперь терпите! Ничего страшного не происходит, все под контролем. Где вы находитесь?

Он подышал в трубку, наливаясь злостью, потом как-то тоненько простонал:

– Нет, ну надо же, какая неслыханная наглость… Нет, ну я не могу просто… – И вдруг заревел:

– Вы там что, белены обожрались, детективы хреновы?! У вас люди пачками гибнут, мрут, как мухи, каждые пять минут, а вы сидите и в ус не дуете! И за это я вам ещё должен бабки платить? Шиш вам, а не бабки! Ни копейки не получите, маразматики недоделанные!

«Да подавись ты своими деньгами, козёл!!!» – чуть было не сорвалось у меня с языка, но вместо этого мне пришлось почти спокойно, с лёгкой усмешкой сказать: