Тут я по-новому взглянул на добычу: разно-размерная кобура, которой было всё равно на мой слоновий внешний вид и на водное приключение. А потом я смутно припомнил, как отец Алексея уходя на бой с тварями, накинул именно её…

Я дотронулся до герба, как делал это Леонов старший в видениях. Задняя часть рукоятки откинулась, открывая маленькое секретное отделение с искусным золотым ключом и запиской.

Она гласила: «Сын, вот тебе ключ от всех тайн рода. Ф. В. Л.»

— Фёдор Васильевич Леонов. — расшифровал я. — Отец Алексея. Значит загадки вы изволили оставить после себя? Это хорошо! Это я люблю! — Воскликнул я, улыбаясь.

— А ведь это означает, что меня специально пасли до совершеннолетия, чтобы открыть тайник и прихватить все секреты рода, а значит я уже достиг восемнадцати лет и дату рождения сместили в документах как уловку от врагов! — подвёл я итог всем перипетиям пацана, конечно в этом заключении мне помогли воспоминания самого Алексея, но мне отчётливо стал ясен план парня и чего он дожидался в интернате.

— Конунг, ну ты вс-с-сё? Мож-ж-жно уж-ж-же еду готовить? — раздался недовольный голос Дрейка.

Я с улыбкой поскрёб грозному добытчику лобик, а тот заурчал в ответ.

— Погоди, осталось только одеться!

Под безоблачным небом, на уютной полянке щедро усыпанной солнечными зайчиками небольшой костерок потрескивает искрами. На шампурах сочно и соблазнительно шкворчит мясо фазана и дикой утки, всё так же наводя на меня дурман. А рядом в котелке загадочно ворчит обеденный чай.

Я с удовольствием поглощаю уже второй шампур, а Дрейк уже лежит вверх брюхом, подставляя его выпуклости под игривые лучики солнца.

Но идиллия была увы не долгой. В самый интересный момент, когда в закромах хранилища я обнаружил неизвестный мне шестиструнный инструмент и хотел было наиграть небесам песнь моих славных предков Готфридов, тут нагрянули военные. Дрейк резко подорвался прочь, а я лишь успел расправить рукава рубашки, скрыв тем самым наруч с хранилищем и наскоро выхватил из него министерскую сумку.

— Контроль перемещения, ваши документы. — Ко мне обратился солдатик, а тем временем офицер скользнул по моей одежде, задержался на гербе Троекуровых витиевато вышитом на рубашке и оценил мой внешний вид.

Краткий магический импульс и я открыл заветный отсек с сопроводительными бумагами, покопался, а потом достал направление комиссии.

— Леонов Алексей Фёдорович. — Неспешно прочитал офицер. — Откуда и куда направляетесь?

— Из интерната Троекуровых, иду в порт, а потом на пароме в Магнитогорск. Дальше буду делать всё как приписано мне министерством.

— Не видели ли вы чего-нибудь странного поблизости? Мы разыскиваем тварь, что прорвалась за стену. — И подозрительно смотрит то на меня, то на костёр.

— Нет, но слышал вдалеке шорох. — Я махнул в направлении строительного лагеря, откуда сам сюда прорвался.

— Вы готовите разломное мясо? — он обвёл рукой костёр и шампуры.

Вопрос с подвохом. Из воспоминаний Алексея я хорошо знаю, что есть мясо тварей из разлома нельзя. Это как грибы, вроде бы есть съедобные, но по большей степени люди едят только определённые разновидности. Так и с мясом разломных тварей, есть съедобные твари, при этом риск подцепить магическую гадость слишком велик, а потому люди уже давным-давно решили, что рисковать не стоит. Добычу из разломов в основном используют в медицине, промышленности и даже строительстве — это зачастую декоративное оформление, но в пищу употребляется крайне мало. И уж тем, более не сидя за костром. Он явно ищет повод…

— Нет конечно, вы же видите герб, — я ткнул на золотую вышивку на груди. — Я взял с собой всё необходимое для пикника вот и сижу отдыхаю.

— Хм… Понятно, но я вынужден задержать вас, до выяснения обстоятельств, негоже несовершеннолетним бродить самостоятельно по лесу.

«Можно я его укуш-ш-шу конунг?», — раздался у меня в голове недовольный голос Дрейка. Я лишь махнул рукой останавливая его.

— Стойте, но ведь я ничего не нарушал, а формально через шесть часов мне уже будет восемнадцать.

— Ничем не могу помочь, мне предписано вернуть вас сначала вашему опекуну, если только… — и старательно смотрит на меня.

Я уже понял, чего хочет этот офицеришка — денег. Достаю из кармана увесистый кошелёк от убийцы из душевой, а также бумагу фиксирующую мои перемещения по стране и отдаю ему.

— Вот, проверьте пожалуйста этот документ.

— Другое дело! — он с улыбкой убрал мешочек в карман, а сам поставил в листе перемещений печать перстнем, специально фиксируя тем самым дату и место моего положения. И отдал его мне — Вот ваши документы, всего доброго Вашество, и да советую поспешить. Из-за прорыва тварей, город сегодня закроют, — он посмотрел на часы, — примерно через час.