Она указывает рукой в сторону переговорной, а я беспомощно оглядываюсь на Лерку. Хоть и сетую на её взрослое поведение, сейчас оно приходится очень кстати. Дочка не капризничает, а спокойно усаживается на диванчик и перебирает конфеты в вазочке. Лиза протягивает ей несколько листов А4 и цветные маркеры, предлагая порисовать.

Убедившись, что дочь под присмотром, я прохожу в переговорную и осторожно опускаюсь в мягкое кожаное кресло.

— Ну, давайте познакомимся, — предлагает женщина, — меня зовут Ольга Андреевна, я заместитель главного редактора.

Несколько минут она рассказывает о себе и о компании. Говорит, что получить работу здесь — настоящая удача, шанс, который выпадает не каждому и который нужно ценить, как нечто очень и очень важное.

И почему-то от её речи остаётся какой-то неприятный осадок, но я стараюсь игнорировать это ощущение.

— Теперь ваша очередь, — закончив, Ольга Андреевна просит меня рассказать о себе.

— Вы ведь приезжая? — уточняет слегка надменно.

«А что, это так заметно?» — едва ли не спрашиваю, но вовремя торможу и пожимаю плечами:

— Да, так и есть. Мы дочкой недавно в Москве.

Естественно, я не собираюсь делиться подробностями о своём прошлом. Вкратце рассказываю, что имею за плечами три курса филфака и опыт удаленной работы на текстовых биржах.

— То есть, высшего образования у вас нет, как и полноценного опыта работы? — Ольга Андреевна даже не пытается скрыть ехидство в голосе.

В этот момент понимаю, что работа здесь мне не светит.

Ольга Андреевна тоже заметно теряет интерес к беседе. Задает пару стандартных вопросов, вроде «почему вы выбрали именно нашу компанию, и почему компания должна выбрать вас?» и «кем вы видите себя через пять лет?»

Да уж, всё, как по методичке «первое собеседование», которую я, нервничая, читала вчера ночью.

Ну и коронная фраза в конце «мы вам перезвоним!»

Криво улыбнувшись, я прощаюсь с Ольгой Андреевной.

— Пропуск оставьте у охраны, — бросает она мне вслед.

Выйдя из переговорной, я подхожу к Лерке, которая живо демонстрирует мне свои рисунки и докладывает, что конфеты в сиреневой обертке — самые вкусные.

— Давай домой купим такие, мам! Ну пожалуйста! — канючит дочка, а я в то же время тщетно пытаюсь справиться с нахлынувшими вдруг эмоциями.

Подумаешь, это ведь всего лишь одно собеседование! Но почему тогда так обидно? От чего меня так задел надменный и пренебрежительный тон этой Ольги Андреевны? Словно я совсем ничего не стою… А ведь она даже не изучила мои тексты, хоть я и предлагала на них взглянуть.

— Где здесь уборная? — интересуюсь у Лизы, чувствуя, что вот-вот из глаз хлынут предательские слёзы и испортят весь макияж.

— До конца по коридору и направо.

Поблагодарив сотрудницу, прошу Лерку подождать еще пять минут и двигаю в указанном направлении. И зря я это делаю… Потому что едва войдя в кабинку и закрыв за собой дверь, слышу уже знакомый голос:

— Последняя кандидатка? Да это просто нечто! Мало того, что у неё ни образования, ни опыта, так она еще и ребёнка с собой притащила, представляешь? Нет, надо поговорить с отделом кадров, они там совсем работать не хотят, присылают какое-то отребье! Ага, да. Давай!

Ну, это уже слишком! Резко открыв дверь и ошпарив злым взглядом моментально растерявшуюся Ольгу Андреевну, я я сердито чеканю:

— В следующий раз, когда захотите посплетничать в туалете, проверяйте, чтобы все кабинки были пусты. Совет вам на будущее от «какого-то отребья!»

Высказавшись, я ещё раз припечатываю дамочку взглядом и, наконец, покидаю офис издательства.

И только на улице даю волю эмоциям. Нет, не реву, но близка к этому. Лерка, видя, что я расстроена, тихонько говорит:

— Мамуля, не плачь, пожалуйста!

— Я не плачу, котенок. Просто сегодня сложный день.

— Тогда давай поедим мороженого, — радостно предлагает она, — и день точно станет простым. Вот увидишь!

Смеюсь, почему-то испытывая облегчение от этой детской наивности и непосредственности.

— Мороженое зимой? — шутливо хмурюсь, на что дочка серьёзно кивает. — Нет уж, лучше возьмем пончиков, которые тебе понравились в прошлый раз. Идёт?

— Идёт, — легко соглашается моя сладкоежка.

Весело переговариваясь, мы приближаемся к перекрёстку и останавливаемся на пешеходном переходе в ожидании зелёного сигнала. Настроение стремительно улучшается, мысли о неудачном собеседовании постепенно уходят. Яркое зимнее солнце пригревает, слепит глаза. Лерка громко хохочет, дергает меня за руку, и я смеюсь с ней в унисон.