Он выпрямился на сиденье.

— Полностью вернулся к нормальной жизни.

Я продолжала пристально смотреть на него, пытаясь понять, говорит ли он мне правду. Румянец на его лице выглядел хорошо. У него не было темных кругов под глазами. Вообще никаких свидетельств его тяжелого испытания.

Напряжение еще немного спало с меня, пока Ронан продолжал массировать мои плечи и шею.

— Хорошо.

Дэш изучал меня в ответ.

— А как насчет тебя?

Я, конечно, устала, но это была та усталость, которую испытываешь после долгого дня, а не магическое истощение.

— Я бы хотела, чтобы нам не нужно было ходить в школу, когда все это происходит, но с моей магией все в порядке.

— Нам нужно поговорить о Хлое, — сказал Деклан, наклоняясь вперед с заднего сиденья.

Колт взглянул на нас в зеркало заднего вида.

— От нее не так пахнет, верно?

Деклан кивнул.

— У нас с Лейтон была стычка с ней сегодня утром, и она была близко. От нее пахнет разложением.

Ронан посмотрел на брата, на его лице появилось беспокойство.

— Ты когда-нибудь раньше чувствовал нечто подобное?

Деклан покачал головой.

— Никогда.

— Дэш? — спросил Колт.

Дэш уже потерялся в череде мысленных «что, если» и вычислений.

— Это может быть темная магия, как я и предполагал. Есть некоторые заклинатели, которые обращаются к другой стороне за силой. Если они принимают слишком много, их души могут начать разлагаться. Мне говорили, что для оборотней они могут пахнуть так, будто умирают.

— Но она не заклинательница, — заметил Трейс. — У нее нет таких способностей.

— Она могла попросить заклинателя наложить на нее заклинание, — сказал Дэш. — За это тоже платить Хлое.

— Она пытается получить больше энергии? — предположил Деклан.

— Меня бы это не удивило, — сказал Колт, поворачивая к дому.

— Как, черт возьми, мы должны выяснить, во что она впуталась? — спросил Ронан. — Последнее, что нам сейчас нужно, — еще один сюрприз.

Улыбка расплылась по лицу Трейса, когда он начал чистить ногти ножом.

— Я мог бы вытянуть из нее ответы.

Вся машина застонала.

— Последнее, что нам нужно, это чтобы ты предстал перед Ассамблеей по обвинению в убийстве, — предупредил Колт.

— О, я бы оставил ее в живых, — возразил Трейс. — Возможно, в конце концов она просто не будет целой.

— Нет, — сказали все в унисон.

Трейс скривил губы.

— Вы никогда не хотите, чтобы мне было весело.

Я покачала головой.

— Я чрезвычайно обеспокоена твоими увлечениями.

Ронан усмехнулся, отпуская мои плечи.

— Они действительно время от времени пригождаются.

Я подняла руки, отмахиваясь от всего, что он еще собирался сказать.

— Не хочу знать.

— Возможно, это к лучшему, — сказал Колт, въезжая на подъездную дорожку Гнезда.

Все притихли, когда охранник и член стаи Колта вышли из сторожки. У меня скрутило живот. Мы никогда больше не увидим Луиса и других охранников. Глубоко внутри клокотал гнев. Желание заставить Патрика заплатить было сильным. Это был одним из тех случаев, когда я буду рад позволить Трейсу заниматься своим хобби.

Охранник кивнул Колту и нажал кнопку внутри сторожки. Секундой позже внушительные железные конструкции начали открываться.

Колт отпустил тормоз и направился по подъездной дорожке.

Я глубоко вздохнула, пытаясь стряхнуть с себя пелену горя.

Дэш сжал мое бедро.

— Дай себе время.

— Знаю, — прошептала я.

Колт припарковал Эскалейд перед домом, и мы все вышли. Когда Ронан открыл входную дверь, Болдуин окликнул его.

— На кухню.

Мы направились в том направлении. Когда я вошла в это прекрасное помещение, тои замедлилась. Каждая поверхность была уставлена едой и выпечкой.

Болдуин одарил нас застенчивой улыбкой, но глаза у него были красные.

— Когда я не знаю, как что-то сделать, я готовлю. Я действительно не знал, как это исправить.

Я двигалась инстинктивно, пересекая пространство и обнимая его.

В ответ он обхватил меня, и я почувствовала сдавленный крик.

— Мне так жаль, — прошептала я.

Болдуин только крепче обнял меня.

— Я буду скучать по ним.

Колт похлопал его по спине.

— Как и мы все.

Болдуин судорожно вздохнул, отпуская меня.