– Негодяй! – злилась Анна. – Ему бы в тюрьму на парочку лет, чтобы мозги вправили!

– О чем ты говоришь? Это невозможно!

Анна замолчала, понимая, что подруга, к сожалению, права. Да и кому нужна огласка? Даже Гуле, подвергшейся нахальному нападению, не хотелось бы стоять перед судьей и рассказывать о пережитых унижениях. А если еще учесть ее восточное воспитание, то о заявлении вообще не могло быть речи. Душеизлияния Гули были прерваны коротким стуком в дверь. Гуля испуганно посмотрела на Анну.

– Кто это? – побелевшими губами спросила девушка.

Анна пожала плечами.

– Даже не знаю… Пойду посмотрю… Не волнуйся, я не дам тебя в обиду! – решительно добавила она, прежде чем открыть дверь.

Однако опасения подруг оказались напрасными. На пороге стояла Ксения.

– Что это у вас тут стряслось? – с порога спросила девушка, увидев заплаканную Гулю.

Анна вкратце рассказала о том, что случилось.

– Ах он сукин сын! – Ксюша метала громы и молнии.

– Может, сообщить об этом Альберту? – неожиданно предложила Ксения.

Гуля отрицательно помотала головой. Подруги стали размышлять, как быть дальше.

– А я думаю, что стоит. Альберт единственный, кто может что-то придумать в данной ситуации, – уверенно заявила Анна.

Девушки не стали возражать, подумав, что, возможно, Анна права…

Анна непонимающе уставилась на Альберта, который ходил по своему кабинету, высказывая соображения по поводу услышанного признания.

– Она правильно сделала, что не стала предавать огласке сей неприятный инцидент.

– Сей неприятный инцидент? – вскипела Анна.

Альберт остановился. Праведное возмущение девушки было ей так свойственно, что батлер всегда был к нему внутренне готов, вооружаясь необходимыми аргументами, дабы умерить ее пыл. Несмотря на то что сам он полностью разделял позицию девушки, мудрый мужчина не стал ее поощрять, осознавая, к каким последствиям это может привести.

– Это типичная ситуация в таких домах. Хозяин либо хозяйский сын пристают к прислуге. Это надо держать в голове и быть осторожной, стараясь не оставаться наедине с мужчинами в комнате, да еще и с пьяными… К сожалению! – с горечью добавил Альберт. – Некоторые работодатели даже специально указывают в требованиях кадровому агентству интимную связь с прислугой или же с личным секретарем, помощником… неважно…

– Да, но Гуля пришла без таких требований, как и все остальные! – воскликнула Анна.

– Вы уверены? – небрежно бросил Альберт, затем, видимо, спохватившись и поняв, что сказал лишнее, решил закончить обсуждение. – Все, хватит об этом!

– Как это – хватит? Что нам нужно делать в таких ситуациях? Если бы Армен не подоспел вовремя, этот… этот… мог ее…

– Я понимаю ваше волнение, но если вы хотите работать в подобных домах, то должны уметь быть хладнокровной, даже если речь идет о вас и ваших близких! Что касается Егора, то я подумаю, что можно сделать… А теперь ступайте…

– Вы правы, и это самое паршивое! – брякнула Анна и, разочарованно опустив голову, покинула кабинет батлера.

«Ах, Абашева, как жаль, что со временем вы растеряете эту жажду справедливости», – с грустью произнес про себя Смит…

Гуля была на седьмом небе от счастья, когда Армен на следующий день подозвал ее к себе и ласково поинтересовался о самочувствии. Она даже невольно подумала о том, что не жалеет о произошедшем. Казалось бы, наивные надежды девушки были совершенно безосновательными, но на самом деле они имели право на существование. Отношение Армена к Гуле стало другим и уж точно не безразличным, как ранее. По крайней мере, теперь он смотрел на нее с определенной долей симпатии, что и вдохновило ее на соответствующие мечты. Весь последующий день Гуля парила на крыльях своей влюбленности, молниеносно выполняя любые поручения, чем вызывала крайнее удивление у своих подруг, недоумевающих относительно ее приподнятого настроения.

Егор вел себя как ни в чем не бывало. Возможно, даже не помня о событиях прошлой ночи, а возможно, считая их малозначительными и не заслуживающими внимания. Гуля же содрогалась каждый раз, как только ей приходилось приближаться к наследнику Вадимова.

Армен, обедавший вместе с Вадимовыми, улавливал напряжение девушки и ободряюще ей подмигивал. Как истинный мужчина, он посчитал своим долгом еще раз напомнить Егору о его мерзком поведении и пригрозить на случай повторения вчерашнего события.

– Не смей больше так себя вести! Я тебе не отец, но, если понадобится, надаю оплеух!

– Спокойно, Арма! Что это ты так впрягаешься за служаночку? Может, сам ее хочешь чпокнуть? – нагло заявил ему в лицо Егор.

Армен даже побагровел от ярости. Он уже собирался пустить в ход кулаки, когда холодный голос Константина остановил его:

– Что здесь происходит?

Весь пунцовый от ярости, Армен повернулся к своему другу:

– Твой сын вчера приставал к одной из горничных. Причем самым нахальным способом.