Они были уже около кровати, когда Артём освободил Катю от зелёной кофточки и от лифчика, уложил её на подушки и начал целовать грудь, при этом борясь с пуговицами и молнией на джинсах Кати.

«Да и ладно, без предупреждения…», — успела подумать Катя, почти теряя сознание от его прикосновений.

Когда он в неё вошёл, восторг Кати был несоизмеримо сильнее, чем боль. У неё очень высокий болевой порог, она это знала. Она превозмогает боль, а вот восторг не может ни остановить, ни превозмочь…

Артём сразу понял всё, но остановиться не мог, да и чувствовал, что нельзя останавливаться.

— Катя! — только и смог потрясённо прошептать он.

…У Артёма опять была бессонница. В этот раз на фоне счастья. Он лежал на разобранном диване в тесной квартирке Кати и смотрел в потолок. Хозяйка квартиры, его Катя, сопела рядом. Она спала, прижавшись к его плечу.

Сегодня, а точнее, уже вчера, они ещё умудрились как-то поработать после всего, что произошло. Потом поужинали и ушли домой к Кате. Она стеснялась оставаться у него на ночь, а ещё ей нужны были вещи. Завтра, а точнее, уже сегодня вечером, он проводит Катю на смену и уйдет к себе домой.

Он обнимал спящую Катю и думал. Он всегда думал. С самого раннего детства. Он просыпался рано утром, а в голове уже был какой-то вопрос.

Сейчас Артём думал о том, почему у него такое чувство, что не только он первый мужчина у Кати, но и она у него первая женщина. Ведь это не так. Он знал, что не годится вспоминать другую, когда рядом Катя, но ему необходимо было понять!

Вроде, всё его устраивало в их с Олесей интимной жизни. Но почему, почему он не испытал ни разу и тысячной доли того, что пережил сегодня? Даже в первый раз с Олесей. Они были весёлые, энергичные, занимались любовью с энтузиазмом… Так!

Мозг зацепился за фразу «занимались любовью». Вот и ответ. Они с Олесей занимались любовью. А близость с Катей была следствием любви! Он любит Катю. Катя любит его. Ведь оставалась же она до сих пор нетронутой, а ему не отказала. И была счастлива! Он это видел и чувствовал. Он сделал её счастливой. А она отдала ему всю себя, без остатка.

Совершив для себя это открытие, Артём стиснул Катю в объятиях, прижал к себе так тесно, как только мог. Она обняла его за шею горячими руками, и Артём вновь почувствовал острый приступ желания.

— Я люблю тебя, Катя! Люблю! Слышишь? — отчаянно шептал он.

— Слышу, Артём! — отозвалась она сонным голосом, но Артём чувствовал, что она улыбается. — И я люблю тебя! Очень-очень!

* * * * * * * * *

Сначала Катя думала, что ей приснилось всё то, что случилось. Это было слишком хорошо, чтобы оказаться правдой. Но когда она проснулась поздним утром и увидела спящего рядом Артёма, счастье обрушилось на неё всей своей мощью, оглушило её, подчинило себе. Она не привыкла быть настолько счастливой, но научилась очень быстро.

Артём спал, лёжа на животе и положив ладони под подушку. Теперь она знает, как спит Артём, и какое у него беззащитное и почти юное лицо, все его резкие черты смягчены. Катя беспокоилась за его руку, но не решилась разбудить. Несколько минут смотрела на него, вспоминая то, что он делал и говорил вчера днём и сегодня ночью, потом тихонько встала, пошла в душ и готовить обед. Она должна следить, чтобы он хорошо питался.

Некстати вспомнилась Олеся. Как она могла столько лет «владеть» Артёмом, чувствовать это невероятное, безумное счастье и добровольно отказаться от него?!

Теперь он только её. Она не вернёт его Олесе ни при каких обстоятельствах. Ей было приятно думать об этом и ничуть не стыдно: она не провинилась ни перед кем и ни у кого ничего не украла!

Размышляя таким образом и карауля сковородку, Катя смотрела в окно на яркое апрельское небо. Задумавшись, не услышала, как к ней подошёл Артём. Он уже успел привести себя в порядок. Катя опомнилась, уже будучи в его тёплых объятиях.

— Вот это начало дня, я понимаю! — немного насмешливо, как всегда, но очень нежно сказал он. — С этого дня все ночи, кроме тех, когда ты на смене, мы будем проводить вместе. Чтобы начало дня всегда было только таким. И надо ещё хорошо подумать, буду ли я отпускать тебя на ночные смены.

— Почему надо подумать?

— Потому что не годится молодой жене ночевать вне дома. Нужно найти для тебя более лёгкую и спокойную работу, дневную.

Молодой жене? Он это серьёзно? Артём не похож на человека, который говорит подобное для красного словца.

— Ты ведь согласишься стать моей женой, Катя? Чтобы мы принадлежали друг другу всегда, никогда не расставались?

— Да! Да! — Катя обхватила его за шею, быстро и торопливо целуя.

Артём зажмурился и зарылся лицом в её волосы.