– Тебе-то что надо?

– Все, Кощей. Забыли. Иди своей дорогой, ладно? – Говорит Высоцкий примирительно. – Не трогай Алену, она со мной.

– Алена, значит. – Выглядывает Стас, чтобы посмотреть на меня через его плечо. Затем вновь переводит взгляд на Никиту. – Твоя подружка?

– Стас, иди, куда шел. – В голосе Высоцкого прибавляется решительности.

Кощей пару секунд раздумывает, затем замечает, что к нам приближается наша классная руководитель, и нехотя отступает назад. Хищная улыбочка медленно возвращается на его лицо.

– Привет мамочке. – Бросает он ядовито, затем разворачивается и уходит к своим.

– Что? Что ты сказал?! – Свирепеет Никита.

Но к нему с двух сторон уже бросаются ребята из нашего класса – Дрыга и Денис. Парни преграждают ему путь и успевают удержать за руки.

– Оставь его. – Шепчет Дрыга. – Не здесь и не сейчас.

– Алексеевна смотрит. – Подсказывает Денис, кивая в сторону учительницы, вставшей в паре метров от нас.

– Как ты? – Выдохнув, оборачивается ко мне Никита.

– Все хорошо. – Сдавленно отвечаю я. Подхожу ближе и шепчу ему на ухо, потому что тут слишком много ненужных свидетелей. – Что он имел в виду, когда говорил про твою мать?

– Не знаю. – Тихо отвечает Высоцкий. Его грудь высоко вздымается на вдохе, пальцы сжимаются в кулаки. – Но явно ничего хорошего.

– Тише, ребята! Начинается линейка. – Предупреждает учеников Татьяна Алексеевна.

В нашу сторону она направляет особенно строгие предупреждающие взгляды.

– Я должен выяснить. – Шепчет Никита.

– Краснова, сними кепку! – Цыкает классная руководительница.

Я мешкаю, поэтому это делает за меня Тая: стащив кепку с моей головы, она прячет ее себе в сумку. Дрыга и Денис тоже не спешат расслабляться – стоят с другой стороны от Никиты, боясь, что он, все же, пустится вдогонку за Кощеем. Но Никита лишь следит за ним взглядом.

Директор школы толкает приветственную речь, а я смотрю на ребят из «Б» класса. Кощей стоит рядом с Димой Мироновым и не сводит с меня хитрых глаз. Рядом с Димой – Полина, она держит его за руку, но сама безотрывно глядит на Высоцкого.

– Боже. – Выдыхает Никита мне на ухо.

– Что? – Хмурюсь я.

Мне очень не нравится, как она смотрит на него.

– Она заметила. Полина заметила меня!

По моему горлу опускается холодок. «Можно я ничего не буду отвечать?»

Словно почуяв неладное, Дима наклоняется и целует свою девушку в макушку. Та моментально расцветает в улыбке и отворачивается от нас.

– Ей было интересно, с кем случился конфликт у Кощея. – Стараясь не выдать эмоций, произношу я. – Вот и все.

Стараюсь не думать о том, что Высоцкий выглядел рыцарем, защищая меня перед Стасом.

Никита наклоняется, его дыхание щекочет мою щеку.

– Если я привлек ее внимание раз, то смогу и еще. Мне просто нужен план. – Он стискивает мою ладонь. – И твоя помощь, Лелик.

– Тс-с! – Цыкает на нас Татьяна Алексеевна.

И мне приходится замолчать. Линейка проходит в традиционном ключе: ученики младших классов исполняют озорные танцы и читают стихи, затем старшеклассники танцуют вальс, а родители пускают слезу – все как обычно. Но надо признать, что-то в этом есть. Я определенно буду скучать по этим моментам, когда все собирались вместе на площадке у школы, наряженные в идиотские белые рубашки, и с цветами в руках ждали, когда закончится торжественная часть, чтобы отправиться, наконец, отдыхать.

– Куда пойдем? – Спрашивает Леха Драгачев, он же Дрыга, когда после мероприятия все начинаются разбредаться в стороны.

Я смотрю на Полину, которую Миронов уводит за собой с площадки, держа за руку. Может, мне только кажется, но она не выглядит особо счастливой. У нее какой-то грустный взгляд. Что, если союз с этим парнем не приносит ей радости? В чем тогда смысл? Любовь ведь это про счастье. Если ты все время страдаешь, зачем нужны такие отношения?

Но тут она поднимает на него взгляд и широко улыбается. Моя стройная теория мигом рассыпается в пыль. Возможно, я не прав, у них идеальные отношения, и отбить Полину у этого придурка не получится. Но что мешает мне узнать ее лучше? Я хочу быть в курсе всего: какую музыку она слушает, какие книги читает, какое мороженое любит. Ах, да, шоколадное. И я снова прокручиваю тот момент, когда эта девочка улыбнулась мне в парке. Это не могло быть просто так, это точно должно что-то значить.

– Может, на море? – Предлагает Тая.

– Туда сейчас пойдут все. – Корчит рожу Дрыга. – Девятиклашки напьются дешевых коктейлей и будут орать песни на весь пляж. Может, в кино?

– А ты не планируешь напиться? – Подкалывает его Аленка. – Сегодня последний день свободы.

– Это ты мне говоришь? – Смеется он. – Я думал, ты после прощального вечера в завязке, Краснова!

– Подумаешь, немного перебрала. – Она смущенно его толкает, ее щеки моментально вспыхивают.

– А чего тогда покраснела? – По-дружески подначивает ее Леха. – Забыла, как Никитос тащил тебя домой на своем горбу?