Проходя к ванной комнате, кинула быстрый взгляд на Драко, который сидел в том же кресле, нервно дергая ногой. Он поднял на нее взгляд и криво улыбнулся. Девушка закрыла за собой дверь и стала стаскивать с себя грязную кофту, порванные на коленях и мокрые от снега джинсы, разбинтовывала резкими движениями повязки, обнажая едва зажившие руки. Однако некоторые места на кистях еще кровили.

Оставшись без нижнего белья, снова посмотрела на себя в зеркале над раковиной и с ужасом отметила, что снова похудела. Гермиона не ела всего сутки, но ребра и ключицы, на пару с тазобедренными косточками уже некрасиво выпирали. Скорее всего так действовала черная магия леса Хоя-Бачу, вытягивая из нее жизнь.

Переведя взгляд на лицо, заметила фиолетовые синяки под глазами, которые снова к ней вернулись. Пропал здоровый румянец, красовавшийся на ее щеках в последний месяц. Она, склонив голову в бок, скривилась, чувствуя, как задрожал ее подбородок.

Опершись на раковину, глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Отодвинувшись, прошла в душевую кабину, с трудом настроив воду, которая сильным горячим потоком смывала с ее кожи и волос весь тот пиздец, произошедший с ней и Малфоем за последние несколько дней.

Когда шампунь стекал по ее телу, Гермиона замерла, вспомнив недавнее предложение сбежать вместе с ним. Готова ли она была снова все бросить? Скрываться? Нет, конечно, у нее были планы, чтобы после развода обязательно куда-нибудь отправиться, но навсегда покинуть Англию… Еще и с ним…

Схватив белое махровое полотенце, вышла из душевой, аккуратно промокнув им светлые волосы. Мерлин, она уже стала забывать, что это не ее родной цвет, а всего лишь подарок от магии семьи Малфоев. Натянув нижнее белье и длинную домашнюю футболку, прошла на кухню, повесив полотенце на плечи.

Открыв одну дверцу, вытащила коробку из-под обуви, которую когда-то давно определила под аптечку. Скинув крышку, стала рыться в поисках бинтов и стерильных повязок. Найдя все нужное, просто отодвинула коробку в сторону и зубами вскрыла этикетку, достав двумя пальцами бинт.

— Давай помогу, — Драко обошел кухонный “остров”, служивший еще и обеденным столом, и взял из ее обезображенных рук бинт, прикладывая его к ее кровоточащим кистям. — Грейнджер, тебе пора дать премию года за умение вляпываться в самую гущу пиздеца.

Девушка скривилась, сдерживая стон боли. Закусив губу, неотрывно смотрела за его ловкими движениями длинных пальцев.

— Лес Хоя-Бачу не всегда дружелюбен, как оказалось.

Парень вскинул одну бровь, и это не скрылось от внимания Гермионы. Он лишь кивнул, продолжая заматывать ее кисти. Когда последний узел на повязке был затянут, Драко не выпустил из своих пальцев ее руки. Подойдя еще ближе, почти навис над ней, смотря сверху вниз, так что Гермиона могла разглядеть каждую его темную ресничку.

— Я скучал по тебе, — он обхватил ладонями ее лицо, и у нее перехватило дыхание от близости. Сердце бешено застучало, а щеки вспыхнули румянцем.

Она тоже скучала. Даже если и не готова была ему в этом признаться вслух.

Смотря прямо в ее расширенные глаза, Малфой коснулся обветренных губ девушки своими. Гермиона мигом поддалась, обняв его за шею. Она так устала за последнее время и сейчас как никогда ощутила, что сильно нуждается в нем. В его уверенности, силе и легком пофигизме.

Он оказался ее заземлением, рядом с которым Гермиона стала забывать, что она должна быть сильной. Драко стал ее проводником, способным защитить от перенапряжения, частенько выливавшимся в панические атаки, ломающие ее изнутри. Малфой был тем, кто всегда знал, как не допустить повторения ее приступов. И ей это было необходимо. Он был ей необходим.

— Я уеду с тобой, — прошептала девушка ему в губы и почувствовала, как парень улыбнулся, скользя пальцами по ее шее.

Гарри замешкался, когда не успел он спокойно отдохнуть в кресле своей гостиной, как снова вышел обратно в коридор, когда у него зазвонил телефон. Откинув в сторону не пригодившуюся мантию-невидимку, расстегнул свой аврорский плащ, роясь в многочисленных карманах. Парень пропустил задержавшегося в дверях гостиной Блейза, который уже стал принимать свой истинный облик. Мулат пошел наверх переодеваться, оттягивая мотню узких джинс, которые становились ему малы.

Когда пальцы нажали кнопку вызова, Гарри не глядя ответил:

— Поттер, слушаю.

Краем сознания он пытался припомнить сколько времени и кто в такое время ему мог звонить. На секунду парень запаниковал, не начались ли у Джинни, которая частенько ночевала в Норе по его просьбе из-за загруженности на службе, преждевременные роды?

— Мистер Поттер, здравствуйте! Это доктор Адамс! — раздался знакомый басистый голос в трубке. — Я очень надеюсь, что вы не спали…

Гарри облегченно выдохнул, но вдруг снова напрягся.