Святой Салазар, да скажи ему такое кто-то пару лет назад, то этот кто-то стал бы предметом всего малфоевского запаса словарного яда, которым он частенько принижал людей. Сейчас Малфой ощущал лишь блаженство и умиротворение, тело расслабилось, а разум терялся в облаке призрачных мыслей, которые, словно сети, ловили его в свои пушистые объятия…

====== Глава 8 ======

Комментарий к Глава 8 В телеграме вышла озвучка первой главы?Это мой первый опыт в роли чтеца, поэтому прошу дико не ржать) но будет интересно послушать ваше мнение!)

Напоминаю про публичную бэту, у меня тут переезд навалился на мои бедные плечи, поэтому вполне могла настряпать наитупейших ошибок???

Утром Гермиона открыла глаза и тут же зажмурила их, щурясь от яркого солнца.

Солнце в декабре? Да ладно?

Задвигать шторы было лень, поэтому она лениво рухнула обратно на подушку, но уже спустя пару секунд резко распахнула глаза, пытаясь сосредоточиться на реальности. Рука Малфоя по-хозяйски покоилась на ее талии, а сам обладатель этой руки лежал так близко, что Гермиона чувствовала затылком его дыхание.

Почувствовав, что тело затекло, она перевернулась с бока на спину, повернув голову к парню, который размеренно сопел. Его лицо было расслабленно, морщинка между бровей не была такой отчетливой, а губы были слегка приоткрыты и не ухмылялись своей ехидной улыбкой.

Взглянув на часы, Гермиона зевнула. 11:30. Да, горазды спать!

— Вставай, всю жизнь проспишь, — она легонько потрясла Драко за плечо. Тот глубоко вздохнул и притянул ее ближе к себе. — Заметь, Малфой, ты сам меня обнимаешь, претензии потом выслушивать не буду.

Парень медленно открыл глаза и сфокусировал взгляд на лице девушки, которое находилось в нескольких сантиметрах от его собственного. Рука нащупала теплую талию, кожу которой скрывала тонкая майка. Опять в майке?!

— Пытаешься меня соблазнить, Грейнджер? — он убрал руку и хорошенько потянулся, вытягиваясь почти на всю длину кровати.

— Поверь, если б я хотела, то давно бы уже это сделала, — спрыгнула с постели и прошла к окну. Не растаял ли снег?

— Грейнджер, ты меня заинтриговала, — Драко перевернулся на живот и наблюдал за девушкой, с детским восторгом выглядывающую на улицу.

— Не надейся, Малфой. Свой единственный шанс меня трахнуть, когда я была пьяная в стельку, ты сам потерял, — она села на холодный подоконник, наблюдая, как по коже побежали мурашки, и с удовольствием зевнула во весь рот.

— Слушай, может, сделаем друг другу одолжение? — он встал на ноги и медленно пошел к той, которая закинула свои голые ступни на широкий подоконник около огромного окна.

— Только через мое хладное, остывшее тело, Малфой! Я не собираюсь пополнять список твоих побед. Интересно, я была бы первой гриффиндоркой, которой ты бы доверил свой член? — она хитро улыбнулась. Да, в последнее время ее язык жил отдельно от мозга. Последний вообще сдавал позиции.

— Ты точно первая гриффиндорка, которая сделала мне массаж, не задирая после этого юбку! — он сел рядом. — Погода сходит с ума, такое солнце!

Малфой зажмурился и сморщил прямой нос, а Гермиона не отводила глаз от его лица, освещенного лучами зимнего и холодного солнца.

— Значит, я лишила тебя массажной девственности? — он резко повернул голову и позволил себе улыбнуться.

— Жалко, что твою девственность я уже не получу, — парировал парень, сощуря левый глаз.

— Что было, того не вернуть. Но, — она постучала по стеклу костяшками пальцев, привлекая внимание, — ты можешь лишить меня полетной девственности. Я прыгала с тарзанки, чтобы побороть страх высоты, но на метлу садилась всего пару раз в жизни.

— Разве твой бывший парень, ну тот, не который рыжий, а лучший ловец мира, не научил тебя летать? — усмехнулся Драко.

— Виктор отличный игрок, но херовый тренер для такой трусихи. Он быстро сдался, когда я не смогла подняться на высоту более двух метров. Метла меня не слушалась.

Парень обдумывал ее слова, но он бы не был Малфоем, если б не стал набивать себе цену. Он не собачка, чтоб исполнять ее прихоти по первому писку.

— Нет.

Она опешила, замерев на месте и чуть приоткрыв в изумлении рот.

— Не будь гнусным индюком!

— А что мне за это будет? Какая мне выгода? — он внимательно следил за ее реакцией.

— Выгода?! Да иди нахрен. Серьезно, выметайся отсюда, — Гермиона указала на дверь, в миг посерьезнев. Вся ее веселость тот час слетела с лица.

— Ага, бегу и падаю, — ухмыльнулся Малфой, по-прежнему вальяжно восседая на другом конце подоконника.

— С тобой невозможно общаться, — она замотала головой, чувствуя, как в ней разливается мигрень.

— Ты тоже не лучший собеседник.