К удивлению Гермионы, Малфой даже не скривился от деликатной темы. Он откинулся на спинку лавочки и нахмурил брови, пытаясь сложить пазлы.

— Как же тогда гадалка могла увидеть, что у тебя будет аж шесть детей?

— Прорицание — довольно смутный метод узнать будущее. Она увидела то, что могло бы быть, если бы я осталась с Роном. Мой организм сможет заработать. Но дату он мне говорить не собирается. В любом случае, — Гермиона вздохнула и опустила плечи, — шесть детей для меня — это чересчур, и я честно рассказала обо всем Рону…

— Сколько же не чересчур? — тихо спросил Драко, глядя на девушку. Она посмотрела на него в ответ и снова отвела взгляд.

— Один, может, два… Но об этом глупо говорить, потому что я не надеюсь на это. У меня нет карьеры, мои родители не до конца восстановили свое доверие ко мне после возвращения им памяти, у меня психические расстройства, Малфой, и нет планов на жизнь. Героиня войны стоит на учете у психотерапевта и каждый вечер закидывается антидепрессантами, чтобы не умереть от накатившего страха в своей кровати в полном одиночестве, — она показала вверх большой палец, кисло улыбнувшись.

— Жизнь совершенно несправедливая штука, так считаешь? — спросил Драко, отставляя пустую кружку на край лавочки.

— Я считаю, что мы сами ее творцы. Но мне нет до этого дела, я устала и просто живу, плыву по течению. Спасибо Мерлину, еще не спилась, не подсела на наркоту и не прыгаю в постель к первым встречным! — девушка пыталась перевести неловкую тему в шутку.

— А ко вторым? — хохотнул Драко и тут же получил легкий удар в плечо.

— Минус пятьдесят очков слизерину, Малфой, — она покачала головой и, заметив, как парень ежится от холода, протянула ему свободный край пледа. Он внимательно оценил обстановку, взвесил за и против и, пододвинувшись ближе к к ней, закутался в теплую заколдованную ткань, которая уже успела впитать запах парфюма Грейнджер.

— Так как в итоге вы расстались? Раз для Уизли настолько важны дети, он легко позволил тебе уйти? — поскольку они теперь сидели почти вплотную друг к другу, и его дыхание было так близко, что Гермиона поежилась от этого осознания.

— Ну не совсем так — начала она тихо. — Мы долго спорили и вроде даже приняли какое-то решение, что пока для нас рождение детей не будет стоять в приоритете. Но когда я узнала, что он не пользовался контрацептивным заклятьем и решил поспособствовать зачатию ребенка без моего ведома, я посчитала это подлым…

Падал снег. Вечерело. Драко наложил на Ника согревающие чары, когда тот, уставший от целого дня в погоне за утками, свернулся клубочком у них в ногах прям на тропинке у скамейки. На коленях он уже не помещался: рос этот пес не по дням, а по часам.

— Все то, что я считала правильным, улетело к чертям, — вдруг Гермиона снова заговорила. — Знаю, что я тебя уже достала своим нытьем, но должна сказать тебе спасибо.

Парень удивленно посмотрел на нее и покачал головой.

— Не думаю, что тебе надо меня благодарить, — он резко встал. Девушка испугалась, что ляпнула что-то не то, но Малфой продолжил свою мысль. — Мы оба не безгрешны.

Она лишь слабо улыбнулась в ответ и подобрала с парковой дорожки подол пледа.

— Пошли, Грейнджер, мы и так отморозили себе уже все, что только можно, — Малфой поднял Ника и понес его на руках, прижимая линяющего пса к своему пальто. Грейнджер шла рядом, не снимая с себя пледа, и пыталась понять, полегчало ли ей от ее признания или нет…

По возвращении в поместье Гермиона отказалась ужинать и пошла к себе. На сегодня она исчерпала лимит разговоров. Взбудоражив старые воспоминания, девушка унеслась в свою спальню и сразу схватила аптечку, вывернув все ее содержимое на постель.

— Где же ты, где? — шептала она, нервно ища успокоительное. Дрожащими руками перебирала пузырьки. Замечательно, идиотка, ты снова забыла попросить эльфа купить тебе лекарство.

Словно наркоман, который находился в страшной ломке, Гермиона схватилась за волосы и потянула их.

Интересно, у Малфоя есть успокоительное? — ее будто осенило, и она стремглав неслась по коридору к его спальне. Остановившись у двери, девушка коротко постучала. Ответом ей была тишина.

Еще раз: три коротких стука костяшками пальцев по тяжелой старинной двери. Тишина.

Повернув ручку, девушка удивилась, когда та легко поддалась, и дверь впустила ее в чужую обитель. В комнате полыхал красным пламенем камин, на прикроватной тумбочке стоял современный светильник, а на кровати разбросаны книги. Из ванной комнаты, которая прилегала к правой стене спальни Малфоя, Гермиона услышала шум воды.

— Акцио аптечка, — прошептала девушка и стала наблюдать.

Открылся большой шкаф, и оттуда выпорхнул большой чемодан, упав прям в руки Гермионы. Она, положив его на кровать, открыла крышку и округлила глаза, когда увидела изобилие пузырьков. Сердце билось так, что казалось вырвется из-под ребер, сломав ей кости.