— Тю! Это какой-то босяк! — кто-то смачно сплюнул и громко загоготал. — У того плечи во! Аршинные! В Ведомостях же сказано, что он из огня видимо-невидимо болезных вытащил! А этот и дранного пса поднять не сможет…

С другой стороны толпы кто-то его поддержал насквозь прокуренным голосом:

— И у того силище было немерено. Этого же соплёй перешибить можно. Говорю же, не он. Поди уже во дворце чаи гоняет…

От таких разговоров Рафи совсем уж в ступор впал. Какой еще дворец? И причем здесь та больница, где он спас людей? Что за странные разговоры?

И в этот момент резко отворилась дверь дома и на пороге показалась мадам Камова с белым лицом. Заметив парня, она сразу же махнула рукой. Мол, давай беги сюда, не стой столбом!

Ее появление тут же разрешило все споры. Получалось, что он-то тот самый! Толпа дружно ахнула и стала медленно сжимать вокруг него кольцо. Вновь загоготала, зашумела. Кто-то из особо шустрых уже и руки к нему потянул.

— Б…ь, — буркнул Рафи и рванул к крыльцу. Юркнул в дверь и сразу же ее захлопнул. — Там все с ума посходили! Что, вообще, тут происходит? Тетушка, что с вами?

На той «лица не было». Бледная, без единой кровинки, словно из погреба с ледников вышла. Смотрит на него и губы кусает.

— Нас опять хотят прирезать? — Рафи быстро оглянулся по сторонам, прижимаясь к стене. В руке сам собой появился револьвер. — Они уже здесь?

Но та отрицательно мотнула головой. Причем сделала это не один и не два раза. Похоже, врагами здесь и не пахло. Револьвер из его руки перекочевал в карман.

— Так что же случилось? — развел он руками, по-прежнему, ничего не понимая.

Женщина почему-то начала всхлипывать, то и дело платочком вытирая уголки глаз. Наконец, чуть успокоившись, взяла со столика какой-то листок с золотыми вензелями и протянула ему.

— Чего это? Опять что ли наградить хотят? — решил было пошутить Рафи, но сразу же осекся. Взгляд у женщины был такой, что смех в горле застревал. — Так… Канцелярия Её Императорского Величества… гм… высочайшее приглашение на пасхальные празднества… Хм, интересно… на имя шляхтича Мирского Рафаэля… Черт, меня что ли?!

Не веря своим глазах, парень глазами вернулся в начало текста. Внимательно изучил роскошные императорские вензеля в шапке приглашения, затем стал еще раз читать.

— Точно, приглашают.

Сказать, что он удивился, ничего не сказать. Где он, обычный гимназист, недавний приютский босяк, и императрица, почти божественная фигура? Расстояние между ними просто огромно! Она солнце, а он колючий репей, наслаждающийся солнечными лучами! А тут приглашение на две персоны — шляхтича Мирского и его опекуна госпожу Камову. Он ведь по имперским меркам ещё несовершеннолетний.

Судя по дико растерянному выражению Каковой, её обуревали точно такие же мысли

— Может ошибка? Не того вписали?

Сказал, и сам же скривился. Не могло быть такого. В императорской канцелярии каждого приглашённого гостя должны под микроскопом изучать. Не дай Бог что-то плохое случится.

— Господи… И не думала, что доживу до такого, — у Камовой на глазах на вернулись слезы. — Самого Государя увижу!

Для неё это точно было крушение основ, на которых все это время держалась её жизнь.

Окаменев с округлившимися глазами, она стояла ещё какое-то время. И вдруг, тихо простонав, всплеснула руками:

— Божечки мои, у меня ведь платья нет! Что одеть…

В ее глазах возник такой ужас, словно случилось что-то самое страшное — кто-то сильно заболел или того хуже умер.

Рафи же все это совсем не волновало. Пиджак на велюровой или батитистовой подкладке, шляпа с полами или без, шелковый платок на половину выпустить из кармана или на три четверти и т. д. какая разница? Это все такая мелочь, что о ней и говорить не стоило.

Его заботило совсем иное — подарок. Причем подарок с большой буквы «П»! Ведь, во время пасхальных празднеств придется дарить подарки участникам, среди которых будет сама императрица!

— Это же охренительный шанс, который выпадает раз в жизни!

Прошептав это, парень замер. Если его подарок понравится императрице или хотя бы вызовет ее интерес, то многие его проблемы сами собой исчезнут. Ведь, с покровительством такой высокой особы можно вообще забыть обо всех недоброжелателях. К нему даже близко никто больше не подойдет, косо не посмотрят в его сторону.