– Денубий?
– тихо позвала она. Она стояла неподвижно, не дыша, напрягая слух, чтобы уловить еще какие-нибудь звуки. Наконец снаружи, во дворе, донесся слабый скрежет ржавого железа, за которым последовали низкие, настойчивые голоса. Страх сжал ее сердце. Она подошла к двери и увидела, что она приоткрыта. Выглянув наружу, она разглядела несколько темных фигур во дворе и еще больше, входивших через открытые ворота.

Она толкнула дверь и потянулась к засову наверху, прежде чем вставить его в прочную скобу на раме. Когда она потянулась к засову наполовину, она услышала приближающиеся снаружи голоса, и мгновение спустя засов был поднят. Она задвинула засов и наклонилась, чтобы запереть самый нижний, как раз в тот момент, когда раздался громкий стук и дверь покачнулась. Она побежала обратно по коридору, крича, чтобы поднять тревогу.

– Просыпайтесь! Проснитесь! Катон!

К тому времени, когда она добралась до верха лестницы, Петронелла уже стояла у двери в свою комнату в дальнем конце лестничной площадки, держа в руках лампу, которая выдавала ее недосып. Она была босиком, но в свободной тунике. Порция тоже вышла, и ее брови поползли вверх, когда она увидела наготу Клавдии.

– Что это значит, девочка моя?

Клавдия не обратила на нее внимания, бросилась в свою комнату и с силой встряхнула Катона.
– Проснись!

Он проснулся, как любой ветеран, сразу насторожившись, спустил ноги с кровати и встал, готовый действовать.

– Во дворе люди пытаются войти в дом!
– объяснила Клавдия, схватив с конца кровати свою столу и натянув ее через голову.

Катон схватил свою тунику и пояс с мечом и выбежал на лестничную площадку.
– Разбуди Луция и скажи ему, чтобы одевался, - рявкнул он Порции.

Он побежал вниз по лестнице на звук ударов в дверь, ведущую во двор. Из конца прохода он увидел, что засовы пока держатся, и быстро натянул тунику, перекинув через плечо пояс с мечом. Услышав позади себя шаги, он обернулся и увидел у своего плеча Петронеллу.

– Где Денубий?
– спросила она.

– Не знаю. Последний раз, когда я его видел, он дежурил во дворе. Он сказал, что придет, когда все утихнет.

– Тогда он должен быть внутри. Обычно он спит за прилавком, когда Порция не хочет его видеть.

– Он должен быть внутри, дверь заперта на засов.

– Это была я, - сказала Клавдия, присоединившись к ним.
– Я спустилась выпить воды, услышала шум, выглянула и увидела мужчин.

– Восемь, десять. Не могу сказать точно. Я думаю, они, должно быть, одолели Денубия.

– Дерьмо…

Стук в дверь на мгновение прекратился, затем раздался громкий треск - кто-то с размаху ударил топором по бревнам.

– Нам нужно укрепить дверь.
– Катон повернулся к стойке.
– Клавдия, помоги мне с одной из скамеек. Петронелла, приготовь ножи и тесаки. Похоже, они нам понадобятся.

К тому времени, как они с Клавдией вынесли первую скамью в коридор, топор проделал небольшую щель в бревнах, и они могли видеть, как он ударил снова, разбрасывая щепки. Катон вогнал скамью под углом так, чтобы она укрепила засов наполовину.

– Нам нужно больше.

Они пронесли еще скамейки и поставили тяжелый стол на торец, чтобы загородить проход, когда один из брусьев двери разлетелся и большой зазубренный кусок дерева ворвался внутрь. Петронелла вскрикнула, когда осколок рассек ей лоб.

– Еще один стол!
– Приказал Катон.
– Быстро!

Снова удары топора, а затем рука просунулась сквозь дверь, ухватилась за средний засов и освободила его. Люди снаружи снова принялись колотить по двери, и оставшиеся засовы стали выпирать, прежде чем верхний засов поддался. Мгновение спустя нижний засов также поддался, и разрушенная дверь содрогнулась. Отодвинуть скамейки оказалось делом нехитрым, и первый человек, протискиваясь через обломки и препятствия, пробрался к проходу.

Клавдия и Петронелла подтащили второй стол, и Катон помог им столкнуть его с тем, который уже загораживал проход. На краю первого стола появились пальцы, Катон забрался на второй, выхватил меч и рубанул по ним, отрубив указательный палец. Раздался вопль агонии, когда руку отдернули, и тут же другая рука ухватилась за другой край стола. Катону не хватило места, чтобы эффективно взмахнуть мечом, и он повернулся к Петронелле.
– Дай мне тесак!

Она протянула ему тяжелый клинок с кожаной рукояткой, и он убрал меч в ножны. Новое оружие доказало свою эффективность в замкнутом пространстве: он нанес еще два сокрушительных удара, прежде чем нападавшие отступили. Последовала короткая, приглушенная перепалка, затем горстка мародеров выбежала во двор, откуда доносились стоны и мучительные вопли раненых.

– Возвращайтесь в главную комнату, - приказал Катон.
– Они могут попытаться войти с улицы. Я могу задержать их здесь. Вперед!

Клавдия и Петронелла поспешили по коридору, когда Катон рискнул бросить взгляд поверх стола. В узкий коридор протиснулись двое мужчин, и, увидев его, один из них ударил его по лицу окованной железом дубинкой. Катон увернулся, и острие дубинки с громким треском ударилось о доски потолка. На его голову посыпались пыль и песок, он моргнул. Мгновение спустя он услышал, как во двор вернулись люди, хрюкая от усилий, и кто-то рыком приказал тем, кто наблюдал за Катоном, отойти в сторону. Наступила пауза, прежде чем голос досчитал до трех, а затем раздался грохот – стол содрогнулся под ударом импровизированного тарана. Возможно, один из коновязей во дворе, предположил Катон, когда последовал второй удар, и он почувствовал его через поверхность стола под своими босыми ногами.