Шрифт:
– Черт. Я не смогу отвязаться. Мне что теперь, век под себя гадить? – спросил Аркадий, дергаясь на койке.
– Надо ждать, когда все проснутся. Рано или поздно снотворное кончится. Может кто-то умеет что-то такое, что нам поможет… – Вика услышала голос Влада.
Дверь спортзала опять хлопнула, и раздались приближающиеся шаги.
Вика приподнялась, чтобы лучше видеть.
Олег Александрович спокойно подошел к синей двери, не боясь, посмотрел на тьму по ту сторону и закрыл ее, после чего огляделся и заметил Вику.
– Ну что же. С тебя и начнем, – сказал он.
Она испугаться даже не успела, как историк подошел и отстегнул ее руки, а потом и ноги.
– А… почему она на вас не подействовала? – спросила Вика, все еще находясь в шоке от только что пережитого. – Дверь-то…
– Так мы же с ней старые знакомые, – ухмыльнулся он.
– Вы… Так вы из того поколения, что было в восемьдесят шестом?
Олег Александрович кивнул, затем посмотрел на потолок, где торчало несколько камер.
– Нужно будет стереть записи… хотя… наверное, это уже не имеет никакого значения, – он махнул рукой. – Поможешь мне развязать остальных? Еще нужно вынуть из вен катеторы капельниц. Справишься?
– Не знаю… я ни разу этого не делала.
– Ну в крайнем случае, думаю, синяк на вене они тебе простят. А я пока оттащу ее вниз, чтобы сбегающие с поля боя не забыли командира, – историк кивнул на директрису.
Глава XXVIII. Вика
Светало. Пока народ отходил от препаратов и слонялся по территории как зомби, Вика с Владом обошли все корпуса, чтобы убедиться, что взрослые эвакуировались вообще все. Также исчезли все автомобили. Судя по всему, Агнию Михайловну тоже забрали с собой.
Влад направился искать Аркадия, который в это время где-то приводил в чувства Белку, а Вика пошла по первому этажу учебного корпуса и увидела, что дверь в кабинет директрисы приоткрыта.
Она не без колебаний зашла внутрь и обнаружила там Олега Александровича. Он сидел в кресле, задрав ноги на стол, и задумчиво смотрел в потолок. На столе перед ним стоял стакан с чем-то коричневым.
– А, пришла, – отстраненно сказал он, не меняя позы. – Чертовски хороший коньяк у этой стервы. Полагаю, он ей уже не понадобится.
– Она что – умерла? – спросила Вика.
– Нет, конечно. Дама грохнулась в обморок от переизбытка чувств-с. Просто полагаю, что она теперь станет тем, чем грозила вам: объектом для изучения в лабораториях. Насколько мне известно, прецедентов взаимодействия двери со взрослыми не так уж и много. И, как правило, заканчиваются они трагично. Детская психика куда гибче и проще принимает новую силу. Да и то бывают проблемы – сама знаешь. Человеку в возрасте это дается куда сложнее.
Вика кивнула, вспомнив о маме.
– А что теперь будет?
– Будет зима, – усмехнулся историк и отхлебнул из стакана.
– Нет, я серьезно. Нас тут навсегда бросили одних? Мы можем идти по домам? Как-то я в этом сомневаюсь. Или они вернутся со свежими силами? Или на нас сбросят ядерную бомбу, чтобы уж наверняка избавиться? – Вика готова была сыпать теориями хоть до вечера.
– Не знаю. Пока дверь тут, они не сунутся, это точно. А вот потом… возможны варианты.
– А надолго она здесь? – осторожно поинтересовалась Вика.
– Сходи и спроси у нее. Я откуда знаю.
– Нет, ну я же серьезно.
– Я тоже! – историк резко убрал ноги со стола, сел нормально и выпрямился. Теперь он смотрел на Вику в упор. – Ты ее позвала. Тебе и провожать.
– Это что… правда, про то, что директриса говорила? Она обозвала меня маткой.
– Ну ее мозгом владела ненависть. В восемьдесят шестом она потеряла сестру и с тех пор была одержима идеей найти и покарать тех, кто заражает детей тьмой. Она считала, что за этим стоит чей-то разум. Возможно, она и права. А что касается тебя: дверь сначала всегда ищет идеального носителя. Того, который обретет полную силу. В остальных она преломляется и проявляется отдельными цветами и оттенками, но в ком-то обязательно должен быть полный спектр. Этот человек может помогать остальным принять, а затем и трансформировать свои способности. Так было и в прошлый раз, так произошло и теперь.
– Это поэтому дверь, встретив меня в Монголии, затем путешествовала по стране, сужая спираль вокруг моего дома?
– Да. Но зачем она вообще это делает – мне неведомо. Возможно, хочет куда-то позвать. Или что-то еще объяснить нам, людям. Я не знаю. В моем поколении нулевой погиб. Да и все, кроме меня, тоже закончили невесело.
– Нулевой?
– Ну так медики выражаются. Тот, с кого все началось. Так что я надеюсь, что ответ дашь мне ты.
– Значит… я должна пойти туда? К ней?