Дальше последовала самая неловкая сцена в мире.

Мужская дружба выходила на новый уровень.

Рыжий после этого сидел каменным изваянием, хмурым изваянием, а вот квинси брезгливо морщился.

— Нонсенс, — недовольно бормотал квинси, чья очередь уже пришла.

От результата парни обменялись своими реакциями, как зеркальные отражения.

Теперь уже лицо квинси закаменело, а вот вайзард сморщился, будто лимон съел.

— ЧЁРТ ПОБЕРИ! — в унисон прокричали они, смотря на проклятую бутылку, указывающую на Куросаки.

— Я не такой… Так почему?.. — обречённо шептал рыжий, возводя взгляд… к потолку.

— Моя гордость квинси растоптана, — фаталистично заявил Урью.

Дальше они сделали то, что требовалось сделать.

Ответный поцелуй в щёчку.

— Это так мило, — воодушевлённо протянула Орихиме, будто игнорируя лица парней, которые можно было описать как «мёртв внутри».

Король быстро глянул на Урахара, на что тот незаметно показал ему большой палец, попутно пряча небольшой фотоаппарат под одежду. Вот и компромат подъехал. А надо-то было всего лишь подкрутить результаты этой игры. На прямую на бутылку он не воздействовал, но на поверхность стола, чтобы усилить трение или замедлить — это пожалуйста.

Но на этом можно было и заканчивать. Чад уже уснул. Сидя. А ходить по второму кругу не столь интересно. Так к облегчению некоторых все вернулись к простому распитию напитков. Между делом Ичиго взял фломастер и разрисовал лицо Ясуторе. Сюрприз по пробуждению будет.

Король чувствовал себя прекрасно. Просто отлично. Его настроение постепенно росло и росло. Наверное, если бы он сейчас сел на трон, то оказался бы самым добрым правителем. Опьянение слишком его размягчало. Картинка перед глазами уже заметно шаталась, а тело отзывалось с неохотой. Спустя два часа празднование пошло на спад. Разошедшийся Киске, решивший не сдерживаться и избавиться от стресса последних дней, упился настолько, что уткнулся лицом в салат и более не демонстрировал признаков жизни.

— Второй готов, — заторможено констатировала Йоруичи. — Кто на очереди?

— Точно не я, на сегодня хватит, — поднялся со своего места Куросаки. — Чад! Подъём! — здоровяк не отозвался. — Ну ладно, — так что пришлось рыжему закинуть его плечо и нести. — Бывайте!

— Мне тоже пора. Было… приятно посидеть, — выдавил из себя Исида, удаляясь следом.

Минус трое.

— Они правы, на сегодня хватит, — а это поднялась уже Рукия, которая держалась достойно, но больше посиделку она уже не способна «вывозить». — Пойду к себе. До завтра, Изая, — мягко улыбнулась та ему, а затем резко «клюкнула» в губы и ушла.

Орихиме… держалась, но было видно, что её нужно проводить, иначе быть беде. Встать она не могла, шаталась и рисковала упасть. Король с грустью добил остатки, взял девушку на руки решил проводить одноклассницу. Не один. На удивление к предложение подключилась Йоруичи, которой тоже было скучновато одной.

Они решили добраться до дома девушки наперегонки.

Король на ходу трезвел, используя духовную силу, а вот богиня скорости нет, так что из несерьёзного соревнования победителем вышел именно он.

— За такое, наверное, полагается награда, — хмыкнул парень, когда первым прибыл к финишу.

— Не буду спорить, ученик, — улыбнулась Шихоин.

Он открыл дверь и вошёл внутрь, направившись к спальне. Там он и решил уложить девушку, только вот уйти не получилось. Орихиме вцепилась в него, открывая свои хитрые глаза. Конечно же она притворялась. То есть она была пьяна, но не настолько, чтобы лежать без движения. Всё это потворство необходимо было, чтобы заманить Орихару к себе домой.

Она поцеловала его со всей страстью.

Смелость в нынешнем состоянии ей было не занимать, так что этой возможность стоило пользоваться. Девушка питала к нему чувства, но возможности признаться всё не было. А уж когда выяснилось, что у него с Рукией не простая дружба, то стало очевидно, что больше тянуть нельзя.

— Я тебя люблю. Останься, — тихо, нечётко, но всё-таки уверенно заявила девушка, вновь поцеловав его.

Королю дважды говорить не нужно.

Тот самый момент настал.

Оказавшись с ней на кровати, он распустил свои руки, оглаживая тело красавицы. Одежда мешала, так что владыка не церемонился, начав её снимать. Орихиме поступала аналогично. Копившиеся в ней возбуждение наконец вырвалось наружу. Она хотела продолжения даже больше, чем сам Барраган. Сорвав последнюю деталь одежды — невинные белые трусики, тот стал властно ощупывать её превосходное тело. Сжимал большие и подтянутые груди, касался языком шеи и целовал, вырывая из партнёрши томные стоны.

Предварительные ласки были ощутимыми, но не долгими.