Сделав заказ, Маргарита направилась к дальнему от входа угловому столу. Усевшись за него, она обратилась к одному из пустующих стульев:

— И долго ещё ты собираешься играть в прятки?

Далее произошло маленькое чудо. Хотя, пожалуй, не такое уж и маленькое. В «чуде» было метр пятьдесят роста, носило оно кожаный комбинезон, а лицо его словно вымазали извёсткой. Однако, стоило приглядеться, как становилось понятно, что вышедший из невидимости ни кто иной, как гоблин-альбинос. А ещё, он не то чтобы старый, но поживший точно. Лицо гоблина покрывала смахивающая на подсохшую кору морщинистая кожа, а на длинных заострённых ушах росли пучки беловатых волос. Вся прочая растительность была либо тщательно выбрита, либо банально отсутствовала.

На талии гоблина имелся так называемый пояс авантюриста с несколькими кошелями и футлярами. Из оружия он носил пару длинных тонких кинжалов в чёрных ножнах.

Как ни странно, авантюристы-охранники среагировали на появление монстра более чем спокойно.

Растянув свой большой рот в приветственной ухмылке, гоблин поспешил объясниться:

— Сатор приперся покувыркаться с очередной приглянувшейся ему сучкой, — стрельнув глазами на потолок зала, проворчал альбинос. — Другого места для своих блядей найти не может, альфач хренов. Он меня, культурно выражаясь, утомил своими предложениями вступить в его отряд наёмников, — пояснил он.

— Давно бы вступил, это бы решило многие твои проблемы, — пожала плечами Маргарита.

— Видишь ли, красавица, — задумчиво начал, точнее продолжил гоблин, — монстр, даже такой полезный и сообразительный как я, всегда останется монстром. И выбирая между жизнью товарища-человека и жизнью товарища-монстра, рискнуть предпочтут второй. А ведь отряд Сатора не грибочки по местным лесам собирает, он разгребает разное южное дерьмо. Язык не поворачивается обвинить их лидера в недостатке осторожности, но «текучка кадров» у них всё-таки присутствует.

— И чем же эти риски отличаются от всего того дерьма, в которое ты периодически влезаешь? — с ядовитым скептицизмом поинтересовалась Маргарита. — Так и скажи: «Не люблю и не хочу никому подчиняться», — хмыкнула она.

— А ещё я не люблю и не хочу никому подчиняться… — попытавшись попасть в тон собеседницы, подтвердил гоблин. — Ну, и где там моя халявная жратва? — взглянув в сторону стойки, недовольно поинтересовался он.

Судя по всему, обладающий хорошим слухом монстр прекрасно слышал приближение работницы, так как стоило ему замолчать, из прохода на кухню показалась несущая поднос женщина. Подойдя к нужному столу, она принялась расставлять сделанный Маргаритой заказ. Гоблин при этом напустил на себя предельно чванливый вид. Словно не он получал желанную еду, а ему делали одолжение.

— Грох, прекрати гримасничать, а то от твоих кривых рож у меня вино прокиснет, — посетовала работница.

Обращаясь к Маргарите, она пожаловалась:

— Опять дуется, что подселила ему храпуна в соседнюю комнату. А кто же их разберёт, храпят они или нет? Достал уже, слухач окаянный! Что не неделя приходится переселять его туда, где потише. А в подвал не хочет. Условия ему подавай.

— В подвале сыро, женщина! — возмутился гоблин. — Я тебе что, тролль вонючий в сырых норах ночевать? — возмутился он, заинтересованно принюхавшись.

Работница поставила перед ним кружку с мухоморным пивом.

— Час расплаты настал, да? — прищурившись, взглянул на Маргариту гоблин.

Девушка от подобной проницательности смутилась.

Завладев кружкой, гоблин принялся медленно и с хорошо заметным на морде удовольствием потягивать дорогой напиток.

— Да ты рассказывай, не тушуйся, — стоило работнице удалиться, попросил Грох — так звали гоблина.

Подцепив когтём кусок ветчины, он с блаженным видом отправил его в рот.

Сказанное прозвучало доверительно и по-дружески, что намекало — знакомы эти двое не первый день.

Маргарита, однако, что-либо рассказывать не спешила. Подвинув к себе миску с супом, она взяла ложку, хлеб и принялась не торопясь есть. Гоблин же, которого похоже всё устраивало, да и вообще, жизнь удалась, не торопясь попивал пиво. Из-за специфического метаболизма, влияние алкоголя он практически не ощущал, а вот данный напиток заходил очень даже ничего.

— Несколько дней назад мой отец пытался убить человека, — отодвинув пустую миску, произнесла наконец девушка. — Всё обошлось, никто не умер, чего не скажешь о последствиях. Папу разжаловали и перевели. Сегодня утром он покинул город, отправившись в Фастерхот. Ему предстоит занять место заместителя тамошнего гильдмастера.

Отхлебнув пива, Грох прикинул в уме, что да как. Непосвящённому могло показаться, что Нито легко отделался и даже пошёл на повышение. Строго говоря, отделался он действительно легко, а вот карьерный рост выглядел не столь неоднозначно. Фастерхот, или как его иногда называли «Город ссыльных», являлся довольно неприветливым местом. Не то чтобы жить в нём было совсем невозможно, просто выросший на древних руинах город окружали кишащие опасными тварями ядовитые болота. Позитива подобное соседство не прибавляло.