— Так что, упаковывай вещички и наращивай солидность, — сказал Хадар. — Кстати, Дарина поедет с нами. Тебе нужна свита.

«А тебе любовница», — подумала она.

Вслух без энтузиазма сказала:

— Круто.

— Круто ей, — проворчал Хадар и строго посмотрел Мире в лицо: — Ты заклинания нашла?

— Да.

Старший агент удовлетворённо улыбнулся:

— Я в тебе не сомневался. Покажи.

Она достала из-под одеяла свитки.

Хадар посмотрел на них с умным видом, как будто понимал, что там написано. Мира покосилась на Проклятие. Она уже настолько привыкла к этому мужичку на плечах Хадара, что перестала его замечать. Сейчас Проклятие внимательно читало документ.

Хадар вопросительно взглянул на него, мол, подтверждаешь её слова? Но человечек его взгляд проигнорил. Проклятие — как есть.

— Я не обманываю, — сказала Мира. — Это на самом деле заклятия сна и замещения. Не в моих интересах лгать: мы в одной лодке и перевернёмся вместе.

Хадар хмыкнул:

— Рад, что ты, наконец, это признала.

Она усмехнулась:

— У меня нет выбора.

— Ты удивишься, но его ни у кого нет.

Они помолчали.

— Там имеется один нюанс, — произнесла Мира.

— Какой?

— Чтобы заклинание сработало, я должна находиться недалеко от девочки.

Старший агент метнул на неё быстрый взгляд:

— Значит, устроим так, чтобы находилась.

Мира нервно потёрла вспотевшие от волнения руки и неожиданно для себя самой выдала:

— Хадар, я боюсь.

Она не собиралась признаваться ему в своих страхах, но они переполняли, рвались наружу. Мира чувствовала себя бесконечно одинокой — особенно после прощания с газилиннами. Ей казалось, что весь Азар враждебно ополчился на неё колючками цеплюча.

Неожиданно Хадар сделал к ней шаг и обнял: не как женщину, а как сестру или дочь. Мира замерла в растерянности, чувствуя, как потоки их энергий смешиваются друг с другом. Постояв в неподвижности некоторое время, Хадар отпустил её.

— Собирайся уже, в самом деле, — сказал он и направился к выходу.

— Можно я сложу вещи в этот сундук? — спросила вдогонку Мира.

Он повернулся от дверей. Она показала на сундук с двойным дном, где лежала шляпа.

— Складывай, — равнодушно ответил Хадар.

— А он у тебя откуда? — выпалила она и, пытаясь сгладить странность вопроса, добавила: — Он кажется старинным.

Старший агент пожал плечами:

— Не помню. Кажется, из Башни что-то перевозил и назад не вернул. Только давай со сборами быстрее, а то я вас, девчонок, знаю. Должны отчалить до потемнения Купола.

Мира заверила, что мигом соберётся, и он ушёл.

Оставшись одна, она села на кровать, взяла свитки с заклинаниями и растерянно повертела их в руках. Странный у них разговор вышел. И это внезапное объятие… Было ли оно на самом деле или привиделось? Мире даже в страшном сне не могло присниться, что она по доброй воле обнимется с Кровавым господином.

Не, точно привиделось!

И, в тоже время, она слишком хорошо помнила прикосновение его рук, тепло тела сквозь тонкую ткань халата, звук дыхания. Странный день, очень странный.

Стоя на берегу, Мира куталась в плащ и наблюдала за погрузкой. На этот раз лодочников было больше — на каждую лодку требовалось по несколько гребцов. Они быстро загружали сундуки с одеждой и подарками, которые предназначались лесным.

«Подарки-то зачем?» — спросила, едва увидев их, Мира.

«Начнём по-хорошему, а дальше по обстоятельствам», — ответил Хадар.

Сама не зная для чего, Мира поискала взглядом тех двоих лодочников, которых уже видела прежде. Одного нашла — того, с обожжённым, покрытым жуткими шрамами лицом, отчего оно напоминало уродливую маску. Интересно, есть ли у этого человека женщина? А если да, каково ей каждый день смотреть на него? Словно почувствовав на себе взгляд Миры, лодочник поднял голову и посмотрел прямо на неё.

«Нет, не может у него быть женщины, — подумала Мира, резко отворачиваясь. — К такому привыкнуть невозможно».

Было свежо, ветер морщинил чернильную воду и пробирал даже сквозь плащ с подкладкой. Совершенно не хотелось никуда плыть, и Мира уже тосковала по дому Хадара и выделенной для неё тёплой комнатке с мягкой кроватью.

Провожать их никто не пришёл. На берегу топтались только вооружённые стражи, которые должны сопровождать посольство, да лодочники.

«Нечего привлекать внимание, — прокомментировал отсутствие провожающих Хадар. — Не на праздник едем».