— Нет! Подожди! — воскликнула Найра. — Какой ещё Лес? Я там ни разу не была!

— Ты просто этого не помнишь, — снисходительно улыбнулась Оямото.

— Я помню свою маму, — упрямо произнесла Найра. В голосе прорезались слёзы.

Это существо говорило плохие вещи, страшные и непонятные.

— Она не твоя мать. Стражница, которая помогла сбежать из Башни, отдала тебя азарке. Кстати, неплохо заплатив. Эта женщина любила беляки в целом вела не праведный образ жизни, однако оказалась надёжной и даже сумела стать для тебя неплохой матерью.

— А Фрида?

— Это её родная дочь.

— Кто же тогда мои родители?!

— У тебя их нет в том смысле, что ты появилась не из чрева. Ты была создана искусственно.

— Нет! Нет, — повторяла Найра. — Я не верю!

По её щекам покатились слёзы.

— Твоё дело, — обронила Оямото. — Можешь верить, можешь, нет.

— Но зачем? Кому это было нужно?! И что я делала в Башне?

— Видишь ли, перед Азаром с давних времён стоит проблема, кем заменить мокрозяв. Их появление в водах Реки непредсказуемо, а способности различны. Некоторые так вовсе не могут кукрить. Поэтому время от времени пытаются выращивают особых людей, вот только успеха это не принесло. Кукрить могут только мокрозявы. Все, выращенные искусственно, вроде тебя, такой способности лишены.

— Зачем они это делают? — повторила вопрос Найра.

— Для войн с другими мирами, — Оямото грустно улыбнулась: — Азар не единственный из миров, но самый несчастный. Боги Отуа воюют в разных мирах, некоторые совсем не приспособлены для жизни людей. Запасы воды и еды заканчиваются, а солдат нужно чем-то кормить. Поэтому постоянно ищут новые чудеса, которые помогут им выжить и победить. Кстати, отравление воды в Реке тоже не было несчастным случаем. Просто думали, что смогут найти противоядие, однако, до сих пор не нашли.

— Я ничего не понимаю, — жалобно сказал Найра.

У неё разболелась голова, как всегда, когда требовалось долго думать.

— Я знаю, что у меня были мама и сестрёнка Фрида, — продолжала она, угрюмо глядя в землю. — Отца я не помню, но помню мужчину в плаще, который приходил к нам в дом. Я часто думаю, что он и был моим отцом.

— Нет, это был любовник твой приёмной матери. Он ненавидел детей, грозился утопить вас с Фридой в Реке, и в дни, когда приходил, она отправляла вас к соседям, а когда не успевала, прятала под полом.

Это Найра помнила. Как мать открывала схрон и заставляла там спрятаться Найру с крошкой Фридой.

— Что с ней потом стало? — спросила Найра.

— Умерла при родах. Фриду удочерили соседи, а тебя забрала Хозяйка Весёлого дома.

— Неправда! Когда я была в Башне, то вспомнила, как шла по её коридорам и несла на закорках Фриду. Потом мы вышли из Башни и меня передали Хозяйке.

— Это ложная память. Так бывает. События перемешиваются, словно воды в реке, и ты помнишь многое не в той последовательности. Ты была в Башне, но не с Фридой, а гораздо раньше.

Найра молчала, обдумывая услышанное.

— Впрочем, это несущественно, — интонация Оямото изменилась и стала деловитой. — Мы здесь не для обсуждения твоей биографии.

— А для чего? — тихо спросила Найра.

— Сама того не желая, ты порушила цепь событий, на соединение которой я потратила очень много сил и времени. Нужно было так подгадать, чтобы нужные люди появились в нужном месте в нужное время и выполнили предначертанное. Но пришла ты и всё разрушила.

Найра молчала, тем не менее, отметив слова «сама того не желая». Значит, Великая Оямото (а Найра не сомневалась в величии существа, заслонившего полнеба) признаёт, что она не специально.

— Теперь нужно перестраиваться, — продолжала собеседница. — Храм, который должен был стать убежищем для Миры и Атии, так зовут найденную тобой девочку, теперь опасен. Тебе нужно забрать Атию и, как можно скорее, его покинуть. И не только его, но и город Сухири. Вернёшь девочку, когда всё успокоится. Атия должна быть в этом храме, чтобы встретиться здесь с Мирой.

— НО почему сейчас мне нужно уйти? — при мысли, что придётся уйти из места, где с ней впервые в жизни почтительно обращаются, приносят вкусную еду на подносе и не требуют обслуживать клиентов, Найра очень огорчилась. Она только-только обрела счастье, и теперь нужно всё бросить?!

— На Сухири скоро обрушится сила, подобной которой в Азаре ещё не знали, — продолжала Оямомто. — Долго и медленно она зрела в азарской земле и вот вырвалась, неся горе и смерть тем, кто встретится на её пути. Она голодна и ненасытна. Тебе, не мешкая, нужно убегать отсюда.

Найра пробудилась оттого, что кто-то вежливо, но настойчиво теребит её за плечо. Открыв глаза, она села, не сразу сообразив, где находится. Что это за комната с выбеленными стенами? Кто эта женщина с сероватым, покрытым сетью морщин лицом и налысо обритой головой, которая стоит у её кровати? Однако сейчас же память вернула Найру в действительность. Она в Сухири, в храме, прибыла сюда с найденной в Реке девочкой и Найру здесь называют не иначе, как Избранная. А цветущий луг, огромное чудовище и странный разговор — всего лишь сон. Тяжёлый, необычный сон.