Впереди показался шатёр. Вокруг него стояли вооружённые люди. При виде Миры, они обменялись быстрыми взглядами. Она в испуге и надежде всмотрелась в их лица: неужели опоздала?! С запинкой спросила:

— Где… Хадар?

За всех ответил один мужчина:

— В шатре.

— А Дарина?

— Тоже…

Мира ворвалась в шатёр. Здесь всё было точно так, как в видении: сложенные слоями одеяла, на которых неподвижно лежал Хадар, склонившаяся над ним Дарина.

— Стой! Не двигайся! — закричала Мира.

Магиня резко обернулась, так, что взметнулись блестящие чёрные волосы. На Миру взглянули огромные от испуга глаза девушки. В руках Дарина держала чашу, почти до краёв наполненную тёмно-зелёной жидкостью. От резкого движения зелье расплескалось.

«Чаша полная, значит я успела вовремя!» — подумала Мира.

— Пей! — приказала она сиплым голосом.

— Что? — пролепетала Дарина.

— Пей первая. Потом ему дашь.

Мире казалось, будто душа у неё окаменела. Не осталось сомнений и жалости, только холодная ярость: Дарину подослали, чтобы убить Хадара.

Руки магини дрожали так сильно, что зелье стекало по пальцам и капало на платье.

— Мне позвать стражу, чтобы тебе помогли? — холодно спросила Мира.

— Если я вы-выпью, чем буду ле-чить господи-дина? — спросила девушка, заикаясь.

— Ещё приготовишь. Пей, кому говорю!

В шатёр заглянул агент с копьём.

— Ну! — прикрикнула Мира.

Бросив на агента испуганный взгляд, Дарина залпом выпила.

Мире показалось, будто время остановилось. Даже пыль повисла в воздухе — и замерло пламя свечи. Мира напряжённо вглядывалась в лицо Дарины, подмечая каждую мелочь: бисеринки пота на лбу, неглубокую морщину между бровями, подрагивающие ресницы, с которых срывались слезинки; расширенные от испуга глаза, трепещущие крылья носа. Шли минуты, но ничего не происходило. Дарина не падал на пол, не корчилась в агонии, как Хадар в видении Миры.

«Я ошиблась, Дарина не хотела убить Хадара,» — подумала она, испытывая одновременно облегчение и стыд за свою истерику.

Переведя взгляд на руки Дарины, Мира увидела, что девушка по-прежнему сжимает чашу. Её подрагивающие пальцы были перепачканы зелёным зельем.

«Она действительно пыталась его вылечить, — подумала Мира. — А я дура и истеричка».

Она пригладила волосы, заметила, что руки трясутся, как у алкоголички, и торопливо спрятала их за спину.

— Что случилось-то? — спросил стоящий у входа страж, переводя недоумённый взгляд с одной девушки на другую.

— Ничего, — нервно передёрнула плечами Мира. Она чувствовала, как лицо и шею заливают жар поражения.

Дарина молча взяла со стоящего у стены сундука тряпицу, вытерла перепачканные в зелье пальцы.

— Мне понадобятся ещё порошки. Они остались на ладье, — произнесла она, избегая смотреть на Миру. Явный страх с её лица ушёл, и теперь на нём проступило раздражение.

«Она считает меня истеричкой, — подумала Мира. — Я проявила слабость, не смогла держать себя в руках».

Ей хотелось убежать из шатра, спрятаться от всех и побыть одной.

— Помоги ей, — сказала она стражу. — Принеси с ладьи всё, что нужно.

Полог откинулся, и в шатёр вошёл Гай. Вот уж кого Мире хотелось видеть меньше всего! Она почувствовала, как к горлу подкатил комок слёз. Не хватает ещё разрыдаться! Очень достойное поведение для новоявленной Старшей магини.

— Что у вас тут? — спросил Гай, переводя взгляд с Миры на Дарину, с той на Хадара, с него на стража.

— Ничего, — буркнула Мира и прошмыгнув под его рукой, всё-таки выбежала из шатра.

Стоявшие неподалёку кучкой и что-то бурно обсуждавшие агенты при её появлении разом замолчали. Мира подумала, что как Старшей магине, ей должны были приготовить шатёр. Если не на одну, то на пару с Дариной.

— Где мой шатёр? — резко спросила она.

— Я проведу, — вызвался один из мужчин.

Светловолосый и голубоглазазый, он отдалённо напоминал Бренна. Очень удалённо. В его сопровождении Мира направилась к дальнему шатру. Впрочем, назвать это шатром можно было весьма условно, скорее большая палатка, натянутая на вбитые в землю копья. Но Мира и такой была рада. Лишь бы скрыться от людских глаз и побыть одной.

Оказавшись внутри, она дождалась, пока агент зажжёт свечу, и жестом отпустила его. Окинула взглядом шатёр: в углу справа лежали перенесённые с ладьи тюки с вещами; вдоль двух стен сложенны в несколько слоёв одеяла — постели. Значит она была права: им с Дариной приготовили один шатёр на двоих. Чувствуя себя бесконечно уставшей и больной, Мира легла на постель, прижала колени к груди и обхватила их руками. Вот так, пусть жизнь течёт мимо, она же будет очищенной до кожицы креветкой. Замереть и лежать так до тех пор, пока не засыплет пеплом исчезнувшей цивилизации. А люди будущего пусть потом откапывают и гадают, кем была эта женщина и почему лежала в такой странной позе. Пускай строят предположения, придумывают легенды…