Гай печально улыбнулся:

— А ещё счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдёт обиженный*.

Видя в его словах подвох, Мира уточнила:

— Но что не так? Ведь это решит главную проблему азарцев!

Гай бросил на неё косой взгляд и тихо сказал:

— А если они не хотят решать свою проблему? Если их вполне устраивает её наличие?

— Но как же… — она растерянно развела руками.

— Для такого количества людей нужны будут ресурсы, а их в Азаре пока нет, — сказал Гай. — Должно смениться несколько поколений, пока полностью поменяется экосистема. Подобное не происходит по одному щелчку пальцев. В каком-то роде это будет апокалипсис не хуже того, который переродил прежний Азар.

— Но для чего тогда Хадар отправлял тебя найти спасительницу? Неужели чтобы её уничтожить? — с предыханием спросила Мира.

Она невольно перекинула ситуацию на себя и свою избранность и поняла, что при таком нежелании перемен её жизнь тоже всегда получается в опасности. Гай сделал неопределённый жест, котторый можно было расценить как: давай поговорим об этом потом.

— Но лесные сами хоть знают об этих ёлках? — не оставала Мира.

— Конечно. Они потратили на их выведение не один десяток лет.

— Для кого они их выводили? — она решила, что не отсанет, пока не выяснит хоть что-нибудь.

— Для себя, конечно, — нетерпеливо ответил Гай. — Они давно хотели стать независимыми от Большого брата Элсара.

Мире вспомнилось, как ёлки закапывались в землю.

— А они не боятся оставлять свои чудо-растения без присмотра? — спросила она. — Что они бесхозные бегают?

— В неволе они чахнут и умирают, — ответил Гай.

— Совсем как мокрозявы, — тихо произнесла МИра.

— Да, совсем, как мы, — по его губам вновь скользнула и пропала в бороде грустная улыбка. — Ну, давай, читай своё заклинание.

Мира хотела было выяснить до конца, что же приказал Хадар сделать с найденной «целительницей», но вспомнила предупреждающий жест Гая и не стала. Заглянув в свиток, прочитала набор ничего не значащих слов. Абракадабра какая-то, честное слово. Выжидательно уставилась на Гая. Затем они одновременно посмотрели на канжди. Зверь потянулся длинным языком к растущим на ближайшем камне курительным грибам, слизнул их и стал неторопливо пережёвывать.

— Не сработало, — тихо сказал Мира.

— Не сработало, — подтвердил Гай и развязал верёвку.

Это означало лишь одно: что меняться придётся ей. А она уже расслабилась и решила, что всю грязную работу проделает Гай. Она же будет ждать его возвращения, сидя на большом камне, глядя на заход шерстяного солнца и предаваясь думам. Получалось, всё будет с точностью до наоборот.

Гай взял с земли камень с острым концом и провёл на земле неровную линию.

— Смотри, это берег реки, на котором мы сейчас находимся, — сказал он и поставил галочку, отмечая их местонахождение. Затем обвёл довольно обширный участок и нарисовал почти в центре него ещё одну галочку.

— А это Лес и дворец Лесного владыки, — сказал он. — Тебе лучше сначала идти по краю, ориентируйся на дождевые грибы.

Гай стал рисовать полукруг, почти вплотную подходящий к границам Леса.

— На какие грибы? — удивлённо переспросила Мира. Про себя подумала, что грибов у них тут большое разнообразие.

— В Лесу, как ты, наверное, заметила, нет Купола, защищающего элсарцев и даже сухирийцев от дождей. Здесь используют дождевые грибы. Они раскрываются как зонты, а скорее как воронки, а потом захлопываются. Вода собирается в цистерны, которые затем опорожняются в Реку.

Мира подумала, что за всё время жизни в Азаре ещё не видела дождь.

— Как часто здесь бывают дожди? — спросила она.

— Раз в полгода, а то и реже, — ответил Гай.

Она молча посмотрела на обведённый палкой участок, обозначающий Лес так, словно он был реальнее настоящего, и тихо спросила:

— А чем же питаются все эти деревья?

— У них весьма длинные корни, которые достают до грунтовых вод.

— А почва, на которой живут цветы-мигранты? Откуда она может взяться в таких условиях?

Гай хотел что-то сказать, но сам себя перебил:

— Давай сделаем так: когда ты вернёшься, я расскажу тебе о Лесе всё, что сам знаю. Пока же на урок ботаники у нас совсем нет времени.

— Ладно, — угрюмо согласилась она.

— Сколько раз подряд тебе можно меняться телами? — спросил он.

— Написано два. А что?

Он неопределённо махнул рукой:

— Так, ничего.

Они одновременно взглянули на верёвку в его руке. При мысли, что Гай станет связывать ей ноги, Мире стало не по себе, и она категорично заявила: