Самое прискорбное из всего этого — мне не к кому обратиться за помощью. Я уже давно не верила в судьбу и удачу. Жизнь научила, что надо надеяться только на себя. Не сидеть в сторонке, ожидая помощи, а бороться, рыть землю зубами, если понадобится, и выживать. И эту ситуацию я буду воспринимать как маленькое препятствие на пути к своему счастью. Нужно скорее уезжать в дом Людмилы Николаевны. Вот только встречусь с матерью Федосеевых, выясню все про порчу и сразу же уеду. Так будет лучше для всех.

Наскоро приведя себя в порядок, я переоделась в чистые вещи и вернулась в машину Федосеева.

— А ты у нас ничего такая, симпатичная, — хмыкнул мужчина, выезжая с парковки двора.

Еще одна черта, которая не была присуща Кириллу — наглость. У Стаса наглости хоть отбавляй. Плохо сравнивать двух братьев, но меня от компании нового знакомого уже немного потряхивало.

Промолчала на сомнительный комплимент, упорно разглядывая в окне уличный пейзаж.

— Мужик есть?

Мне так хотелось помолчать. Собраться с мыслями перед разговором с начальством! Но этот спаситель молчать никак не желал.

— Вас моя личная жизнь не касается, — огрызнулась я, бросив быстрый взгляд на мужчину. Тот блеснул своей белоснежной улыбкой и ответил:

— Я тоже сейчас свободен. Как насчет совместного ужина через пару дней? — Он хищно улыбнулся.

Сохранить невозмутимый вид стало невозможно. Хотелось зарычать и послать подальше самоуверенного хама! Останавливало от этих действий только то, что он меня спас. А благодарные люди так не агрессируют в сторону своих спасителей.

— Я занята.

— Хорошо, можно сдвинуть на день.

— Увы, и этот вечер у меня занят.

— Выходные? — почесав подбородок, продолжал торговаться Федосеев-второй.

— Нет.

— Ты мне отказываешь? — искренне удивился мужчина.

— Да, — прошипела сквозь стиснутые зубы.

— Почему?

— Это отвратительно! — вскрикнула я.

— Согласен, отказывать мне — отвратительно. — С деланным участием поддакнул Стас. — Да и потом, я тебя из леса забрал? Забрал! Отогрел? Отогрел! Покормил? Покормил! И вот такая у тебя благодарность? Я, между прочим, в Волгограде только второй день. Не успел отдохнуть и с братом пообщаться, как тут же запрягли геройствовать и ехать спасать неблагодарную девицу.

Я прикрыла веки и начала мысленно считать.

«Раз…Два… И мне спокойно… Три…»

Нервы шалили не по-детски. Я чувствовала, как злость растеклась по венам, точно горячая лава. Сказался и недосып, и боль от ударов, и несправедливость судьбы! Злило абсолютно все!

— Приехали. — Так и не дождавшись от меня ответа, Стас резко затормозил возле клиники.

— Спасибо, — мрачно проговорила я и собиралась открыть дверь, но была резко остановлена в своих действиях:

— Я договорюсь с Кирюхой, и он завтра тебя пораньше отпустит, — сказал мужчина, и я вышла из автомобиля.

Чувства от случившегося остались смешанные. Мало мне Кирилла с женой и матерью, как тут еще и брат появился. Просто замечательно!

В больничных коридорах весь персонал провожал меня странными взглядами. Будто они уже заранее пожелали мне хорошей дороги. Особенно было интересно посмотреть на лицо победительницы Лобовой, она как раз терлась недалеко от моего кабинета.

— Недолго песенка играла? Вещички забрать явилась? — Она злорадно оскалилась.

Я молча подошла к двери своего кабинета, достала из сумочки ключ и вставила его в замочную скважину. Пару поворотов и я дернула дверь на себя, не забыв бросить ответ через плечо Лобовой:

— Даже если я уйду, ты это место не получишь!

— Да…ты…

Дальше слушать не стала. Прикрыла за собой дверь и прошла к столу. На часах уже было три часа дня, и я с ужасом представляла встречу с начальством. Ведь, по сути, был пропущен весь рабочий день без уважительной причины!

На ходу, пока переодевалась в рабочую форму, придумала пару вариантов моего похищения. Остановилась на том, что меня хотели изнасиловать, но в самый последний момент передумали.

Когда я застегивала рубашку на груди, неожиданно в кабинет вошли. Я поставила себе мысленную затрещину, что не закрыла дверь на ключ, и уставилась на… Кирилла. Мужчина был чернее тучи и плавно, словно опасный зверь, перетекал ко мне.

Я затаила дыхание. Из легких будто весь воздух выбило, стоило ему дернуть полы моей рубашки.

— Они тебя избили. — Он не спрашивал, утверждал. — Вот же мстительная тварь!..

Кирилл был настолько зол, что его совсем не смутило, что я как бы одевалась. Он бесцеремонно скинул с меня рубашку и начал дотошно рассматривать гематомы. Местами от его пальпирования я вздрагивала и тихо вскрикивала.

— Средней тяжести. Сделаешь сегодня УЗИ поврежденных участков. Я назначу пару препаратов и на УВЧ-терапию походишь. А теперь рассказывай все с самого начала, — потребовал Кирилл не терпящим возражений тоном.