Выудив из сумки теплую мешковатую кофту, под которой моего маленького животика не будет видно, я натянула ее на себя и пошла на кухню лазить по шкафам. Может, чего полезного найду.

Проходя мимо зеркала, мимолетом посмотрела на свой внешний вид.

«Как знала, что пригодится эта замечательная кофта!»

Она отлично скрывала мою фигуру. Можно не бояться, что Федосеев что-то там увидит. Был бы он не врачом, а каким-нибудь слесарем, можно было бы легко скрыть живот. А в случае подозрительности сказать: плотно поела. С кем не бывает? Животик у меня маленький, но отличительный, как у всех беременных женщин. Но Кирилл — врач, а любой хороший врач определит переедание от беременности.

Когда я спустилась на первый этаж, Федосеев уже натаскивал в дом колотые дрова. Проследила за его маршрутом и пришла в небольшую комнату, где действительно стояла самая обыкновенная печь. Мужчина успел за это время ее растопить и сейчас подложил в топку пару поленьев. Я даже немного залюбовалась им. Работящий!

Не став его отвлекать от дел, вернулась на кухню и начала делать ревизию в шкафах. Слава всем святым, в одном нашлась одноконфорочная электронная плита. У нас такая в ординаторской раньше была, пока ее кто-то не спалил. Там же нашла маленькую кастрюлю и сковороду. Учитывая мои макароны и котлеты, я взяла сковороду, чтобы их подогреть.

Через час мы с Кириллом сидели за столом и молча уминали мой паек. За это время я привела в порядок пару комнат и подогрела холодные макароны с котлетами. Пакетики с чаем у меня тоже имелись, как и вкусное печенье.

Всю привезенную мной провизию мы съели быстро. В доме к этому времени стало теплее, но я все равно замерзла. Кофта совсем не согревала.

— Ты нашла постельные принадлежности? — нарушил тишину мужчина.

— Да. Есть один комплект чистого постельного, я постелила его в спальне, две подушки и одно одеяло. Больше ничего не нашла.

— Ясно. Будем спать вместе.

Я уже хотела было возмутиться, но Кирилл перебил меня:

— Так будет теплее. Дом долго не протапливали, чтобы создать здесь нормальную температуру нужно как минимум пару дней.

Аргумент.

— Хорошо, — нехотя согласилась. — Я тогда пойду умоюсь перед сном, — бросила напоследок и убежала на второй этаж.

Полностью мыться в холодном доме было ошибкой. Но я так хотела погреться и проветрить голову, что все же залезла в душевую кабину. Под горячими струями воды напряжение и тревога отпустили скованное тело. Даже хаотично разбегающиеся мысли исчезли. Почувствовав приятную слабость, быстро умылась, завернулась в свое махровое полотенце и поплелась в спальню.

Меньше всего я там ожидала увидеть Федосеева.

«Нельзя было подождать полчаса внизу?»

Мужчина возился возле кровати с зарядкой от телефона, которую я ему любезно отдала. Увидев меня, он выпрямился и застыл на месте.

Выдохнула, чувствуя, как в легких почти не осталось кислорода. Надо бы сделать вдох, но я забыла как, погрузившись с головой в потемневший взгляд мужчины.

Я словно увязла в трясине и пошла ко дну.

Он не предпринимал попыток приблизиться, просто стоял и жадно на меня смотрел. Не отставала и в ответ тоже на него откровенно пялилась, казалось, даже испытывая в том блаженство.

Эти неправильные чувства сильно меня захлестнули.

«Гормоны», — сделала вывод, покрепче сжав полотенце, чтобы ненароком оно не упало к моим ногам.

— Мне… одеться нужно, — хрипло выдавила из себя.

— Да, я выйду. — Федосеев быстро взял себя в руки. Так я думала, пока мужчина, приблизившись ко мне, не схватил меня за затылок, резко привлекая к себе и запечатывая губы поцелуем.

Неожиданность и шок парализовали тело. Несколько мгновений я просто стояла без движения, позволяя ему все. Кирилл словно устанавливал превосходство надо мной, показывал, кто здесь хозяин положения. Жесткие губы сминали мои. Руки, как тиски, больно впивались пальцами в кожу. Я ответила на поцелуй. Ответила на это безумие, погрузившись в сладкую негу наслаждения. Мужчина жадно шарил по моему телу, в то время, когда мои руки обвивали его шею. Мы целовались долго, страстно и горячо. Прерывались, только чтобы глотнуть крупицы воздуха.

Его обжигающие губы скользнули по моей шее и задержались в том месте, где бешено колотилась венка. Пульс сейчас превышал все свои разумные пределы. Сердце просто не может стучать так быстро, но мое билось. Лихорадочно, будто в самой агонии.

Не знаю, каким чудом мое сознание вернулось из этого мира грез, показав мне истинную картину произошедшего.

«Он делает это из-за треклятого сходства с его покойной первой женой!»

Именно эта мысль привела меня в чувства. Я дернулась и уперлась ладонями в грудь мужчины. Не хочу так! Пусть даже его поцелуй заставил не на шутку возбудиться и почувствовать себя женщиной, которой не хватает внимания.

— Остановись! Остановись, пожалуйста…

Федосеев, тяжело дыша, уткнулся носом в шею, не разжав своих объятий. Я почувствовала его напряженные мышцы и сильное возбуждение, которое откровенно упиралось в мой живот.

Ошарашенно посмотрела вниз и поняла, что на мне больше нет полотенца. Я стояла абсолютно нагая. Страх прострелил сердце, перекрыв некогда приятные чувства. Федосеев отстранился от меня и посмотрел… прямо на живот. Сейчас он казался еще больше, нежели был утром.

Кирилл молчал. Я видела, как потемнели глаза, как сжимались и разжимались его кулаки… И почти не дышала.