Из бумера выхожу в спешке и с удивлением обнаруживаю, что Андрей идёт следом. Решил тоже скупиться? Ну ок, наверное, ему тоже нужны продукты. И это совсем ничего не значит, ведь так?

Андрей

Рассекая ряды супермаркета, иду следом за Даной. Взгляд аккурат припечатывается к её упругим ягодицам, обтянутые чёрной юбкой. Глазами по стройным ногам вверх-вниз блуждаю. Не могу заставить себя остановиться, перестать пялиться так открыто. Но если запрещено трогать, поглазеть-то, хоть можно?

Богдана выруливает на ряд с овощами, взвешивает продукты, клеит ценник на пакеты. Стою немного поодаль, чтоб не спугнуть своей близостью. Мне показалось или она стала относиться ко мне с осторожностью?

Слова друга не дают покоя. И я всё больше начинаю сомневаться: а дружба ли у нас, или всё-таки взаимная выгода? Кто в здравом уме предложит собственную жену? Я бы точно глотку перегрыз любому желающему приблизиться к моей женщине, а Эрик собственноручно толкает Дану ко мне.

Чтобы что потом?

Развестись и забрать сына, лишив материнских прав?

Не хочется думать, что Эрик – такая подлая скотина, столько лет ведь дружим, ничего раньше подобного за ним я не замечал. Но его предложение “устроить жене тест на измену” выводит меня из себя. Кулаки чешутся – так хочется врезать в “табло” Гофману, но лучше не надо. Спешка хороша при ловле блох, а здесь нужен иной подход.

Думай, Теплинский, думай!

Чем ты можешь помочь Дане?

Сказать ей прямо, что её муж полный неадекват и хочет забрать у неё сына? Так не поверит же. А если откажусь от роли героя-любовника, какая вероятность, что больной мозг Гофмана не найдёт мне замену? То-то же! Вероятность 99,9 процентов.

– Я уже всё, – обернувшись, Дана смотрит на банку собачьей тушёнки в моих руках. Бровью дёргает, мол, это всё зачем я припёрся в “Ашан”? – Вижу, ты уже тоже скупился.

– Типа того.

– Как лорд поживает?

– Да нормально. Не жалуется.

– Ты не обижаешь его? – щурится, словно пытается что-то прочесть в моём взгляде. Эм-м… мы сейчас серьёзно обсуждаем моего ротвейлера?

– Его обидишь. Ты видела эту тушу под шестьдесят килограмм? – глотаю ухмылку.

– Ну мало ли.

Разговор о собаке не продолжается. Не сговариваясь, направляемся к кассе, рассчитываемся за свои покупки. К корму заказываю у кассира пачку сигарет, на ленту выкладываю сникерс и молочную шоколадку с орехами.

– Давай пакет, – забираю у Даны пакет с продуктами, несу его до самой машины. Тяжёлый. Она реально такие носит на постоянной основе или воспользовалась случаем, что я подвёз на машине?

Вопросов у меня много, ответов – ни одного. Да и кто я собственно такой, чтоб в душу лезть со своими нравоучениями?

Оказавшись в салоне машины, включаю на магнитоле радиоволну с попсовыми песнями. Краем глаза ловлю суету: у Даны не получается пристегнуться ремнём безопасности.

Не говоря ни слова, тянусь к ремню. Жена друга замирает, по ощущениям даже дыхание задерживает, пока я клацаю карабином.

– Это тебе, – покончив с ремнём безопасности, передаю шоколадку, которую купил специально для Даны.

– А за что? – вдруг спрашивает.

– Просто так.

– Молочный с орешками, – разглядывает обёртку шоколадки, – как я люблю. Спасибо, Андрей.

Киваю в ответ, а пальцы намертво врезаются в кожаную оплётку руля. Слышать из её уст своё имя – какой-то особый вид экстаза.

Пока едем, поглядываю в сторону Даны и неожиданно для самого себя решаю, что не смогу ввязаться в эту хуйню, которую предложил Гофман. Я должен обо всём рассказать Богдане, только как это правильно сделать, чтоб поверила моим словам? Один неправильный шаг и я лишусь доверия Эрика, кто знает, что он придумает потом. Возможно, тест на измену – наименьшее из возможных зол.

На спидометре восемьдесят. Не тороплюсь. Ехать осталось ещё пару километров, а Дана уже уснула в моей машине. Склонив голову, плечом прижимается к дверце тачки.

Ещё сбавляю скорость, чтоб войти в поворот максимально плавно. Подъезжаю к воротам дома Гофманов, мотор глушить не спешу. Развернувшись корпусом вправо, смотрю на спящую жену друга, борюсь с желанием коснуться, поудобнее устроить её голову – видно же поза, в которой Дана заснула, неудачная.

Не придумав ничего лучшего, пишу Эрику на мобильный: “Дана заснула у меня в машине”. Жду минуту, ответа не поступает, сообщение даже не прочитано.