— Так что, когда ты окликнул меня, я как раз выходил из конторы поверенного Виктории, — завершил свой рассказ Рафаэль.

— Замечательно, Рафаэль! Насколько я понимаю, все осталось по-прежнему. Там, где появляешься ты, для скуки и безделья места не остается. Ты просто не мыслишь своей жизни без самых невероятных приключений. Впрочем, ладно, с этим мы разберемся. Значит, ты отвел девушку к старушке Люсии? Молодец, догадался. Жаль, конечно, что твой брат так себя повел. Боже мой, я не успел приехать, а уже столько новостей! Подумать только, оказывается, Леон женился! Нет, я не в состоянии это так сразу переварить!

После третьей кружки Рафаэль честно сказал:

— Думаю, мне понадобится твоя помощь, Хок. Я располагаю доказательствами, что мой брат — хитрый пройдоха. И я хочу защитить от его посягательств Викторию и ее состояние, но пока не знаю как.

— А что ты думаешь о самой девушке? Рафаэль задумчиво заглянул в свою кружку и несколько секунд внимательно следил за бликами света на темной поверхности жидкости. Потом он медленно, словно обращаясь к самому себе, проговорил:

— Она красива, умна, даже обладает некоторой храбростью. Сейчас она спокойна, хотя имеет все основания бояться. В общем.., она.., привлекательная девушка, даже очень.

— Ах вот как!

— Ты о чем?

— Я считаю, что вопрос не стоит выеденного яйца. Все вполне ясно и совершенно очевидно. Выход один — ты должен на ней жениться.

Рафаэль поднял глаза на своего собеседника. Он бы не удивился, увидев в этот момент на лбу у приятеля надпись: «Судьба». Но лоб Хока был безупречно чистым, и Рафаэль снова опустил голову и уставился в кружку. Казалось, прошла вечность, прежде чем он заговорил опять.

— Знаешь, за пять минут до нашей с тобой встречи я пришел к такому же выводу. Похоже, это действительно наилучший выход из создавшегося положения.

— По крайней мере у вас было время узнать друг друга, — сказал Хок, — со мной все было иначе. Я до сих пор не могу вспомнить без содрогания начало нашей семейной жизни. Но теперь все это в прошлом. Тебе обязательно понравится Фрэнсис. Она — свой парень.

— Вы привезли с собой детей?

— Нет. Александра еще слишком мала, а Чарльз плохо переносит дорогу. После нескольких часов езды в экипаже он самым настоящим образом заболевает. Между прочим, таковы семейные будни, старик. Учись и привыкай. Кстати, ты непременно, должен познакомиться с моим отцом. Узнав о твоей проблеме, он непременно вмешается и выдаст какой-нибудь ценный совет. Старику до всего есть дело.

— Насколько я понял, он у тебя такой же тонкий и деликатный, как таран или, быть может, стенобитная машина? Как Люсия?

— Вот именно. Эти двое, если, конечно, будут действовать совместно, способны заставить Наполеона улепетывать обратно в Россию.

— Вчера Люсия случайно упомянула о взаимоотношениях твоей жены и бывшей любовницы. Виктория едва не сгорела от любопытства.

— Они обе напали на меня! А Фрэнсис нокаутировала очень, надо сказать, чувствительным ударом в живот. Боже, что это были за времена!

За разговорами и воспоминаниями время летело незаметно. Неожиданно Рафаэль очнулся:

— Черт побери, я совершенно забыл, что обещал повезти Викторию кататься в парк!

— Ничего страшного. Мы же сегодня вечером увидимся у Люсии. Рафаэль…

— Что?

— Ты там присматривай за малышкой.

— Непременно. Мог бы и не напоминать мне об этом! Однако Дамьен был в Лондоне, и это обстоятельство очень тревожило Рафаэля. Хотя, конечно, Дамьен не знал и вроде бы никак не мог узнать, где именно находится Виктория и с кем. Кроме того, он даже не догадывался, что его блудный брат уже закончил чтение своей книги странствий и вернулся домой.

«Наверное, у него что-то случилось», — подумала Виктория, украдкой поглядывая на Рафаэля из-под опущенных ресниц. Он казался удрученным, придавленным грузом каких-то неведомых ей проблем. Он был рядом, но в то же время так неизмеримо далеко, что, наверное, и не замечал, что происходит вокруг.

А вокруг было так много любопытного! Виктория во все глаза смотрела по сторонам, стараясь не пропустить ничего интересного. Она никогда в жизни не видела такого скопления народа. Красивые женщины рядом с безукоризненно элегантными мужчинами катались верхом или в роскошных открытых колясках, а некоторые просто неторопливо прогуливались по тенистым аллеям огромного парка. Отовсюду доносились шутки и веселый смех. Но Рафаэль здесь никого не знал, Виктория и подавно, поэтому общее веселье, казалось, обходило их стороной.

— Осторожнее, Виктория, — нарушил молчание Рафаэль и снова погрузился в одному ему известные мысли.

«Что ж, — философски рассудила Виктория, — по крайней мере он помнит о моем существовании. И на том спасибо».

Решив во что бы то ни стало привлечь его внимание, Виктория начала разговор:

— Вам нравится, как я сижу в седле?

— Да.

— А как вы находите мою шляпку? Знаете, эти перышки специально покрасили, чтобы они лучше подходили к голубому бархату.

— Очаровательно.