— В этом будущем Эйвен становится одержим своим желанием неограниченной власти, — тихо ответил Кайден, протягивая руку, чтобы вытереть слезу с ее щеки и убрать прядь волос за ухо. — После того, как он сравнял Медору с землей, он ищет за ее пределами, сосредоточив свой взор на людях Фрейи.

Алекс судорожно втянула в себя воздух.

— Это из-за меня?

— Мне жаль, Алекс, но ты должна знать, что ненависть, которую Эйвен испытывает к тебе в этом будущем, не имеет себе равных.

— Но почему? — воскликнула она.

Кайден покачал головой.

— Не могу тебе этого сказать. Ты должна выяснить это сама, следуя выбранному тобой пути и видя, куда он ведет.

Алекс ничего не могла с собой поделать; ее глаза снова наполнились слезами.

— Но это может привести сюда. С Эйвеном во Фрейе, и все в Медоре мертвы.

— Эйвена нет во Фрейе в этом будущем, Алекс, — мягко сказал ей Кайден. — Он никогда не добирается туда.

Она в замешательстве огляделась вокруг.

— Тогда… Если его там нет, и его здесь нет, то где он?

— Он ушел. Тиа Ауранс узнали, что он планирует, и вмешались прежде, чем он смог причинить вред кому-либо еще. Они спасли Фрейю, но для Медоры было слишком поздно.

Тиа Ауранс…

— Ты говоришь о людях, которые создали Валиспас?

Намек на улыбку тронул губы Кайдена.

— Они сделали гораздо больше, чем это, но да, они — несравненно могущественная раса существ, населяющих мир под названием Тиа Аурас. Именно оттуда родом меярины, прежде чем их давным-давно изгнали, чтобы они жили в Медоре.

Голова шла кругом, Алекс не знала, о чем спросить в первую очередь.

— У нас нет времени, — сказал Кайден, прежде чем она смогла собраться с мыслями. — Мне жаль, что тебе пришлось все это видеть, но ты должна знать, за что ты борешься, каковы ставки. Ты уже знала, что это будет плохо, но это не просто несколько человек, которых убьет Эйвен, это все, о ком ты заботишься, и даже больше. Он не остановится, пока все смертные в Медоре не будут мертвы.

Голосом, в котором едва слышался какой-либо звук, Алекс спросила:

— Что я должна делать?

— Ты уже делаешь это. Просто не останавливайся.

Ее губы задрожали, когда она посмотрела в его нежные глаза.

— Мне страшно, Кайден. Я недостаточно сильна для чего-то подобного. Что, если я не смогу предотвратить это будущее?

Он тихо рассмеялся и погладил ее по щеке.

— О, Алекс. Нет никого сильнее тебя. — Он наклонился вперед и поцеловал ее в лоб, сделав паузу, чтобы прошептать: — Я верю в тебя.

И с этими четырьмя словами пейзаж вернулся в реальность, и Алекс обнаружила, что лежит на полу темной пещеры Библиотеки.

Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы успокоиться, прежде чем она смогла подняться на ноги, и даже тогда она с трудом произносила слова.

— Я не… — Голос Алекс был таким грубым, что ей пришлось откашляться и попробовать снова. — Я не хочу такого будущего.

— Никто не хочет, — ответила Библиотека. — Даже Эйвен.

— Неужели я действительно единственный человек, который может остановить это? — спросила она, чувствуя тяжесть мира на своих плечах.

— Ты не единственная, кто может победить Эйвена, — сказала Библиотека, и Алекс почувствовала проблеск надежды, пока голос не добавил: — Но ты единственная, кто может остановить это будущее.

Крепко зажмурив глаза, Алекс обхватила себя руками, чтобы отогнать холод от этих слов.

— Ты можешь вернуть меня в мое время? — снова спросила она.

— Если это то, чего ты хочешь, — сказала Библиотека, открывая дверь слева от Алекса.

Она посмотрела в дверной проем, ее глаза расширились, когда она смотрела живое воспроизведение своих последних мгновений перед тем, как провалиться в прошлое. Там было ее будущее «я», в заснеженном лесу с Ксираксусом, его распростертые крылья, готовые взлететь и унести ее в абрассу.

— Почему он был там? — прошептала Алекс. — Почему Эйвен затянул Ксираксуса в будущее?

Библиотека молчала.

— Если я уйду сейчас, я ничего не узнаю, не так ли? — поняла Алекс. — Я уйду, оставив так много вопросов без ответа. Заин — преступник, Кия презирает Рока, даже изменение личности королевы Нииды. — Ее мысли продолжали вращаться по спирали, пока она не пришла к выводу: — У меня не будет шанса попытаться каким-либо образом повлиять на решения Эйвена, оставить на нем какой-либо след. Мне придется реагировать на будущие события по мере их развития, без малейшей надежды склонить его мнение или его действия в нашу пользу.