Обмен любезностями кончился. Минс подобрался, один из веирцев отъехал назад, явно готовясь ускакать к основным силам с донесением.

— Мастер, я вынужден спросить вас, куда ваш отряд направляется?

— Скажи мне полумастер, — вопросом на вопрос ответил Нугейр, — та тысяча всадников, что едет за твоей спиной, это помощь Григоту или вы собрались вступить с хиваши в союз?

Тео увидел удивление на лице Минса — он явно не мог понять, откуда григотцам стало известно о войске Веира.

— Старейшины послали помощь клану Григот, мастер.

— Долго же вы раскачивались, — буркнул Нугейр. — Проводи нас к командиру.

— Я дам сопровождающего. Извините, мастер, но мне нужно продолжить разведку.

— Не нужно. Там, — Нугейр ткнул себе за спину, — три тысячи мечей, маги и боевые священники. Не советую приближаться к ситгарцам — пока мы не вернёмся, они будут слишком подозрительными.

— Так вы ехали не в Веир? — удивился Минс. — Но вы же сказали, что посол…

— Посол клана при дворе короля Ситгара, — сухо пояснил Нугейр. — Его Величество, как только узнал о нападении на Григот, тут же выделил все свободные войска для помощи клану. Кто у вас командует?

— Мастер Кенн.

— А-а, — слегка улыбнулся Нугейр, — он — славный вояка. Я с ним дрался дважды, и второй раз он мне чуть кишки не выпустил. Тео, снимай щит.

Веирцы уставились на Тео, который, играя на публику, сделал несколько сложных, но ничего не значащих пассов, поскольку щит он уже убрал.

— Он у нас маг, — небрежно сказал удивлённому Минсу мастер Нугейр. — Точнее, один из магов клана. А теперь, позволь, я переведу сказанное нами графу Керсону. Он, хоть и командующий ударным отрядом, но, как видишь, лично поехал сюда. Ваше сиятельство, разрешите представить вам старшего полумастера Минса из рода Веррас из клана Веир…

Пока Нугейр, соблюдая древние традиции, представлял воинов друг другу, Тео отъехал в сторону. Хоть он и маг, но по-прежнему ученик, который в воинской иерархии стоит в самом низу, а, значит, ни в каком представлении не нуждается. Тем сильнее было его удивление, когда он услышал голос мастера Фирриса.

— Теовульф из рода Варга из клана Григот. Хотя он всего лишь ученик, но недавно участвовал в дальнем походе в Запретный предел, где был ранен в схватке с фиендом. Фиенда тогда убили.

Тео еле сдержал усмешку, глядя на выпученные глаза веирцев. Ещё бы — фиенд был смертельно опасным существом, встреча с которым заканчивалась неминуемой гибелью патрулей.

— И вот ещё что, — зрачки мастера Фирриса расширились. — Запомни, полумастер, и передай остальным: кто посмеет вызвать Теовульфа на дуэль, пусть сначала испробует на остроту мой меч.

Вот тут уже и Тео выпучил глаза. Никогда ещё такого не было, чтобы наставник не просто запрещал ученику устраивать дуэль с кем-либо, но ещё и сам был готов выступить вместо него. Ну и дела!

— Рот закрой, — шёпотом сказал Фиррис.

— Но, мастер, а как же воинская честь? — так же шёпотом возмутился Тео.

— Ты не просто воин, но ещё и маг, а потому слишком ценен для клана, чтобы позволить пошинковать тебя в капусту. В общем, если что — говори мне, я разберусь.

Тео вспыхнул от злости, но покорно кивнул. А в душе пообещал обязательно устроить какую-нибудь дуэль, когда мастера Фирриса не окажется рядом. Он — воин и маг, прошедший тяжёлые бои с тилисцами, и вполне способен постоять за себя сам.

Джагатай сидел по правую руку от трона Джарема. Его чёрные глаза были налиты злобой, а побелевшие пальцы сжимали рукоять сабли. Сам каган — располневший, с лицом, похожим на чёрную от копоти сковороду, в противоположность эмиру выглядел статуей спокойствия. Тысячники и эмиры сидели справа и слева от трона на парчовых подушках, брошенных прямо на белую кошму. Каждый из них тем или иным способом проявлял недовольство, но им было далеко до эмира Джагатая.

Напротив располагались обе Хозяйки, окружённые старшими сёстрами. Колдуньям пришлось выслушать немало упрёков в свой адрес. Воины, обычно предпочитающие держать язык за зубами, сегодня как с цепи сорвались. Каждый военачальник считал своим долгом высказать всё, что думает по поводу ситуации, которая сложилась под Григотом. И пуще всех разорялся Джагатай. И только каган Джарем молчал, щуря свои масленые глазки.

Гилиан сидела, с трудом сохраняя каменное выражение лица. Её душила ярость. Колдунье хотелось наградить дыханием Великой Госпожи этих высокомерных мужланов. Но нельзя. Не время. Не в том положении сейчас Хозяйки, чтобы вносить раздор в действия армии. Вот когда будет взят неприступный вампирский город, а его жители станут верными слугами Ковена или просто трупами, тогда Гилиан и не откажет себе в удовольствии наказать воинов. И в первую голову — эмира Джагатая.

Она и Силлит, против обыкновения, были вынуждены прийти на военный совет, объявленный каганом. Здесь воины принялись обвинять колдуний в том, что они, подчиняясь их требованиям, так до сих пор и не добились никаких успехов. Гилиан в душе признавала, что действия тысяч зомби оказались совсем не так эффективны, как на то рассчитывали Хозяйки. В планах Ковена был практически мгновенный захват Григота при участии одних только поднятых, но проклятые вампиры оказались им не по зубам.

Хозяйки обещали воинам быструю и малокровную победу при помощи тысяч зомби, но этого не случилось. Осада продолжается уже больше десяти дней. Горы расчленённых трупов зомби устлали поля перед стенами города, живые воины тоже погибали в попытках взобраться на неприступные стены. Внутри Григота свирепствовала чёрная чума, защитники города несли страшные потери, но хиваши так и не смогли захватить хотя бы один участок стены, не говоря уже о том, чтобы ворваться в город.