В ту же минуту в окошке зажегся свет. Несколько секунд парень смотрел на жёлтый прямоугольник в торце барака. Свет погас, а через секунду-две снова зажегся и снова погас.

Позабыв о всякой осторожности, Тимур ринулся из грядки к бараку. Не чуя под собой ног, парень перелетал через кусты и арычки, с треском ломал на бегу ветки хлопчатника. Не успев вдохнуть и выдохнуть, он вылетел на площадку перед заветным окошком и… Врезался в стоявшие у кромки поля алюминиевые бидоны из-под питьевой воды!

Раздался оглушительный металлический звон. Бидоны полетели в сторону барака, а Тимур что было сил, отбросил себя обратно в грядку. Переполз пару арыков и затаился, распластавшись на земле.

Где-то в темноте скрипнула дверь. Через минуту из-за угла барака вышел низенький тучный мужчина. С трудом попадая в рукава телогрейки коротенькими ручками, он вертел головой, вглядываясь в темноту. Потом толстяк направился прямехонько к тёмному окошку в комнатке Нины. Послышался тихий, но настойчивый дребезжащий стук пальцев по стеклу.

– Нына, Нына, – забубнил толстяк, сильно напирая на гласные. – У тебя хаммаси яхшыми?

Бубнеж сопровождался непрерывным стуком по стеклу, от которого дребезжала все рама.

– Нына. Нына.

Створка окна приоткрылась и послышался приглушенный сердитый голос девушки:

– Даврон Билялетдиныч! Сколько можно стучать, а?! В кишлаке уже наверно слышно, ей-богу!

– Прасти, Нына. Слышал, тут какая-то была ваапще грохот. Падумал, нада пасматры, всо ли парадка Нына.

Даврон Билялетдиныч сбавил напор, но норовил всунуть голову оконный проем.

– Ой, ну вот куда вы лезете, а?! – Голос Нины зазвучал громко и возмущенно. – Все нормально! Идите уже спать, Даврон Блин!.. Билялетдиныч!

В темноте Тимур почти ничего не видел, но было явно слышно, как девушка прикладывает силы к тому, чтобы охолонуть чересчур любопытного мужчину.

Наконец ей это удалось. Створка захлопнулась, а Даврон Билялетдинович остался стоять напротив окна обалделый, бормоча под нос:

–Майли, майли… Хоп.

Потом он, кряхтя, один за другим поднял бидоны и собрал их вместе у края грядки. Покончив с этим, мужчина повертел головой, вглядываясь в тёмное поле и отправился обратно в барак. Вскоре его фигура скрылось за углом, а через минуту скрипнула и тихо закрылась дверь.

Тимур лежал в грядке и смотрел на окно. Сердце его стучало силой, которая, казалось, была способна сотрясти землю. Вот-вот проснётся от этих ударов Даврон Белялетдинович да и притопает вновь проверить – что тут такое происходит. Но никто не выходил. Было тихо и Тимуру показалось что он даже услышал щелчок выключателя, когда в окошке у Нины загорелся свет. Из-за занавески показалось рука девушки, толкнула створку наружу и скрылась обратно. Тимур осторожно встал, стараясь не хрустеть кустами и вышел из грядок. Осмотрелся, чтобы снова не врезаться во что-нибудь и устремился к окну.

Первое что он увидел, когда наконец перемахнул через подоконник, была Нина. В ночнушке нежно-голубого цвета, она стояла, прислонившись к стене напротив окна и беззвучно хохотала, зажав себе рот обеими ладонями. Её трясло. В широко открытых, влажных от смеха глазах плясали джигу два зелёных беса.

Тимур ошеломленно смотрел на Нину и в душе его стало подниматься возмущение. Только что все чуть не провалилось, а она!..

– Ты… Ты ещё смеешься? – Только и смог он выдохнуть.

Нина замотала головой, оттолкнулась от стенки и подошла к парню. Беззвучно смеясь, она обвила его шею руками.

–Тише, глупый, тише, – приглушенно заговорила она. – Снова же разбудишь.

Её ладони ерошили тёмные густые волосы Тимура. Она прижалась к нему всем телом. Смотрела в его глаза и шептала:

– Сам виноват. Зачем стал ломиться, как лось сквозь чащу?

Тимур вдруг понял, что Нина смеялась от радости.

Его руки стиснули талию девушки с такой силой, что Нина тихонько вскрикнула. Широко открытыми глазами она, не отрываясь, смотрела Тимуру в лицо.

Его губы с жадностью приникли к её губам, с готовностью приоткрывшимся навстречу. Они стали целоваться. Самозабвенно, как будто боялись, что им не хватит времени слиться языками в одно целое.

Тимур все сильнее погружался в сладкий дурман. Его ладони обхватили крепкие ягодицы девушки.

Нина застонала, не переставая целовать. Её руки легли на плечи парня, прошлись по его груди и устремились вниз. Почти сразу Тимур ощутил нетерпеливые пальцы девушки пониже живота. Быстро расстегнув молнию на джинсах, они вовсе не собирались останавливаться!

Он судорожно вздохнул, и не сдерживаясь больше, приподнял девушку на руки, а та охватила бедрами его ноги. И тут же, нетерпеливо подалась всем телом навстречу.