Шрифт:
Она улыбнулась:
– Аха. Ну не певица я.
– А при чём тут это?
Парень моргал и продолжал смотреть на Нину непонимающим взглядом. Та вздохнула:
– Да вот стонов как раз и испугался!
Он недоверчиво усмехнулся:
– Разве этого можно испугаться?
Девушка без улыбки, испытующе посмотрела в темные тимуровы глаза.
– А разве тебе не было страшно?
– Ну… – Тимур замялся.
Она усмехнулась.
– Вот видишь…
– Я не голоса же испугался! Проснуться все могли.
Нина вздохнула.
– Может и он не голоса боялся. В любви человек открывается тому, кого любит и становится беззащитным перед ним же. А мужчины боятся быть беззащитными.
Тимур молча слушал.
– И до этого целый год ни с кем не встречалась. – продолжала рассказывать девушка.
– С той ночи, когда очнулась в постели, а мой парень лихорадочно тикает от меня, на ходу одеваясь.
Нина посмотрела на парня. Улыбнулась и взъерошила его волосы.
– А ты хорош. Не бежишь, не боишься…
– И ты целый год?.. Нет, ну так не бывает. – Тимур хотел еще что-то сказать, но девушка закрыла ему рот ладонью.
– Год, именно год. Запомнила. В тот день еще самолеты столкнулись надо Львовом. Шуму было. Сотня человек погибла…
Внезапное подозрение вдруг промелькнуло у Тимура в голове.
– Подожди, подожди-ка.
Он быстро сел на топчане и уставился пристально на Нину. Та, в ответ, недоумённо посмотрела на него.
– Получается, каждый раз, когда ты… – он запнулся.
– Ну, ну. – подбодрила его девушка. – Когда сплю с мужиком?
Парень смущенно кашлянул и продолжал:
– Ну да… Случается какое-то стихийное бедствие, крупная авария или…
Он не успел договорить. Комната осветилась необычным зеленым светом.
Тимур обернулся к окну. За стеклами разливалась небывалая малахитовая заря и стало светло как днем. Он взглянул на часы. Они показывали три часа.
Вдали резко завыла собака и послышался крик множества ворон.
Тимур повернулся к Нине и увидел, что её трясёт. Глаза девушки стали огромными и переполненными страха. Он протянул к ней руки и изо всех сил прижал к себе её дрожащее тело.
Резкий и сильный порыв воздуха снаружи с остервенением ударил в окно. Створки с треском открылись и послышался звон разбивающихся стекол. В комнате смерчем завертелся леденящий ветер. Наполняя пространство жутким шипеньем, он окутал тела людей промозглой стужей осенней ночи.
Нина вцепилась в парня руками изо всех сил.
– Тим. Что это?!– шептала она испуганно. – Я боюсь, Тима… Мне страшно!
Тимур побледнел лицом, обхватил девушку, словно стараясь закрыть её собою.
Вспыхнула далеко в небесах ослепительно белая молния. И словно догоняя её, раздался оглушительный гром.
Клич страсти II
За окном он видел ветку чинары. Резные листья, тронутые осенней позолотой, лениво покачивались обдуваемые утренним ветерком.
Во дворе стоял грузовик с откинутым бортом. К машине то и дело подходили парни, закидывали в кузов скатанные в цилиндр матрасы, сумки и даже набитые чемоданы.
Стоявший наверху грузчик небрежно разбрасывал погруженное по всему кузову. Все происходящее напоминало ему сцену эвакуации, снятую в кино.
Тимур отвернулся от окна и вопрошающе уставился на декана факультета, сидевшего перед ним за столом. Огромный стол занимал ровно треть кабинета. Декан подписывал бумаги, которые ему одну за другой подкладывала стоящая рядом секретарша – полная дама в годах, одетая в строгий костюм синего цвета.
Декан почувствовал взгляд Тимура. Не отрываясь, он поднял палец левой руки и сказал:
– Прости, Тимур Ильхамыч. Ещё пару минут.
Тимур хмыкнул, пожал плечами. Ничего другого не оставалось, как снова смотреть в окно.
Грузчик уже спрыгнул с машины и поднимал борт. Вот он крутанул затворами и махнул рукой водителю в кабине. Зарычал мотор, грузовик выпустил облако дыма и медленно тронулся вперед.
– Всё, Алла Петровна?
Тимур услышал голос декана и повернулся к столу.
Алла Петровна неторопливо собирала подписанные бумаги в папку. Декан протирал снятые очки платком и близоруко поглядывал на неё.
– Это всё, Кудрат Юнусович, – вымолвила она, словно разрешая декану вновь надеть очки.
Неторопливой походкой Алла Петровна направилась к двери. Кивнула Тимуру, проходя мимо, и вышла, без стука закрыв за собой дверь.
– Слушай, Кудрат! – Тимур подался вперёд, но декан опередил его.
– Знаю, знаю, Ильхамыч, – со вздохом произнес он. – Все понимаю, но что поделаешь? Знаешь, не я эти решения принимаю. И даже не ректор!