В тот раз всё вышло куда интереснее. С утра он приехал в свою кухонную контору, хлопнул по необъятной заднице секретаршу Владлену, получил заказ на сборку шикарного гарнитура из морёного ДСП и отправился вместе с бригадой грузчиков по указанному адресу.

Это была не квартира, а трёхэтажный особняк в Ново-Ебуново, элитном коттеджном поселке, расположенном вблизи нашего славного городка, на территории реликтового соснового леса. На пороге дома его встретила женщина в возрасте с подозрительно гладким лицом, заштукатуренным сантиметровым слоем макияжа. Разумеется Петя сразу влюбился и поплыл. В его штанах что-то томительно зашевелилось, а в глазах загорелся огонек азарта. Следуя за озорно виляющим задом хозяйки, он прошел на кухню и дождавшись пока грузчики занесут внутрь коробки с разобранным гарнитуром, приступил к работе. Всё завертелось в обеденный перерыв. Хозяйка напоила его странным синим чаем, угостила пирогом с яблоками и пудрой из мелко-толченого конского возбудителя. Взяла его за руку и повела через анфиладу комнат в глубь особняка. Они вошли в спальню. Женщина завязала ему глаза и повалила на кровать, принявшись раздевать. Что-то влажное и чуть шершавое заскользило по его обнаженному телу. Он издал стон удовольствия. Что тяжелое и волосатое напрыгнуло на него сверху. Он удивился. Повязка соскользнула с его глаз и Петя заверещал от ужаса: вместо аппетитной женщины, на нем скакало дряхлое морщинистое существо, покрытое клочками седых волос, пигментными пятнами и многолетними котяхами, свисающими из задницы. От бабки явственно разило нафталином, валерьянкой и похотью.

Старая сморщенная лохматка скользила по его усам, в то время, как он кричал нечеловеческим голосом, прося пощады и помилования. Но Глафире Алцирьевне было глубоко похуй, она планировали помереть в ближайшее время и чужие проблемы ее нисколько не волновали. Ее волновал только дикий животный секс! В ее бесцветных глазах плескалось целое море безудержной похоти, она рычала, как раненый зверь, завывала как Даша Ставрович, и скакала на кривом пиструне бедного Пети, как опытная наездница, сбежавшая с дикого запада.

Петя закрыл глаза, планируя перетерпеть унижение, но это было лишь началом! Через час после начала эксплуатации его организма, дверь в спальню обнадеживающе заскрипела и в комнату вошла целая толпа старушек, собравшихся со всего поселка. Здесь были и богатые дамы в возрасте и тучные бухгалтерши с автобазы и даже дряхлые дачницы в резиновых сапогах, вымазанных свежим навозом.

— Ну что милок? Поиграем? — пошло улыбнулась бабка с фиолетовыми волосами и ярко-красными губами. В ее руках извивался метровый розовый фаллоимитатор.

Уникальное средство доступное только элитам «хуекакпалкостоин» было влито в его рот, исцарапанный лобковыми волосами, и скачки продолжились. Менялись лишь наездницы, но коня заменить было некем. Коня на переправе не меняют, да… Для стимуляции простаты и выработки эякулята, старушки не стремались использовать любые подручные средства. В Петину задницу были загнаны все имеющие в доме кабачки, патисоны, огурцы, грибы и даже обмотанные презервативом ножки табуретки. Шуруповерту посчастливилось оказаться в его разверстой плоти последним. Анус бедняги поглотил рабочий инструмент целиком и без остатка. Внутрикишочная влага замкнула контакты и шурик опасно зажжужал, обещая скорый заворот кишок реципиента. Старушки испугались неприятного шума и вызвали Пете неотложку. Так он и спасся. В тот раз.

Отойдя от пережитого ужаса и дождавшись момента рассоса швов на своем очке, он вновь взялся за старо… Вот как раз здесь и вышел затык, не желая больше рисковать, он решил переквалифицироваться на старшеклассниц — уж среди них-то точно 95 летних старух быть не может! Но конкуренция оказалась слишком высока — к школьницам клеились все подряд, включая солидных дядей на больших черных джипах и Пете никого не удавалось соблазнить. К тому же, как известно, нормальных школьниц не бывает — они все поголовное ебанутые, а те, что учились в нашей 54й школе — так и вовсе были не от мира сего. На него никто не клевал, пока он не привлек внимание группки странных девиц, размалеванных корпспейнтом, и наряженных в черные шмотки с обилием принтов в виде перевернутых пентаграмм и тройных шестерок. Чем он думал подкатывая к ним шары, особенно после длительного воздержания, сказать не сложно, но закончилось всё как обычно плохо.

Соблазненный младыми нимфетками, он направился на квартиру одной из них, где был напоен кофе с клофелином, привязан к металлической панцирной кровати кверху задом, обмазан арахисовым маслом и беспощадно изнасилован тремя десятками фаллоимитаторов и дилдо различного диаметра. Восьмиклассница Катя, уже 7й год подряд остававшаяся на второй год в этом классе, была начинающей сотонисткой и звездой порнхаба, недавно ей прислали сей набор для обзоров и рекламирования. Испытывать всё это великолепие на себе она побоялась, а вот незнакомого мужика-педофила было не жалко.

Ну в общем, как вы догадались путь Петра в депутаты был долог и тернист, он пытался сопротивляться, но судьба оказалась сильнее его…

[/ОИ]

Мда, об этом я как-то не подумал. Похоже зря я на интеллект клонов грешил, у самого-то мозгов не больше! Мы вроде планировали тайное проникновение, а теперь всё ко…ню под хвост!

— Эй, мужики? Водяры хотите? — прижавшись к стене закричал я.

— А? Чё? А есть чё? Ты где ебанарот! — глухо откликнулись из-за двери.

— Дверь откройте! Снаружи я! У меня целый ящик!

— А! Ага, щас! А где ручка? А где дверь? Тут нет нихрена! Ты че ебать!

— Да жмите на всё что видите! Там должен какой-нибудь рычаг быть!

Бомжи на время закрыли рты, из невидимых дверных щелей повалил аромат перепревших трусов, раздался грохот, будто они опрокинули башенный кран, что-то заскрипело, затрещало и… открытия двери я так и не увидел, потому что провалился прямо в стену, затянутую иллюзией. Зевс таким исходом остался не особо доволен — не успел догрызть сосну, тем более с красным цветом она стало гораздо приятнее, напоминая по вкусу глазные яблоки полевых сусликов, которые он высасывал в Кандагаре жаркой осенью 1979го…