— Немедленно отдай! — одновременно стыдливо и угрожающе мяучит она.

— Так спускайся и забери! — ухмыляюсь я, раскачивая на пальце предмет ее интерьера.

— Я не могу! Веревки не простые, похоже пропитаны раствором антимагического огурца!

— На, лови открывашку! — я подкидываю ей свою вилку-негатор.

— Что это? — рефлекторно поймав инструмент, она недоуменно вертит его в руках.

— Что-что…Дилдо это волшебное, помогает освободиться от любых пут. — шучу я в ответ, но Клёпа принимает мои слова как инструкцию к действию.

— Да стой! Ты что делаешь, полоумная?! Куда ты ее суешь! Немедленно верни обратно!

— Что не так? Ты же сам сказал… О-о-о! — от движений ребристой ручки, глаза кошки опять затуманиваются розовой пеленой Духана Пошлости.

— Просто порви ей веревки! — кричу я, всё еще надеясь предотвратить катастрофу.

Клёпа неохотно вытаскивает наружу блестящую вилку и начинает разрезать веревочные волокна. Через несколько минут последняя нить лопается и кошка летит вниз, перекувырнувшись в воздухе, она падает точно на четвереньки и активирует еще одну ловушку, которую я проморгал, засмотревшись на влажную кошачью промежность. Из обоих стен вылетают десятки стрел, а Клёпа, извернувшись чудесным образом, прыгает на несколько метров вперед и продолжает свой бег. Абилка подсвечивает несколько зеленых квадратов на каменном полу, но уже поздно. Дура летит прямо на них!

В потолке открывается люк, из него выливается целое море густого масла. Будь Клёпа хоть немного медленнее — влипла бы как муха в мёд. Еще один прыжок, и еще одна ловушка. В этот раз из стен выезжают острые стальные лезвия, а с потолка ударяют потоки огня. Что случилось с шизанутой я уже не вижу — черный дым от загоревшегося масла закрывает обзор. Звучит похоронная музыка, но я ей не верю — эту так просто не прибьешь!

— Лучше бы ты ее еще в душе трахнул! Меньше б проблем было! — говорит Зевс, мотая гривастой головой.

— Никогда не думал, что соглашусь с конём. Но, пожалуй, ты прав! — горько вздыхаю я.

Мы спокойно пересекаем сработавшую ловушку со стрелами — второй заряд по всей видимости не предусмотрен. Останавливаемся перед морем пылающего огня. Конь недовольно морщит нос, фыркая на сажу летящую ему в морду.

— Так, граждане Многоликие, устроим мозговой штурм: как нам перебраться через горящее масло? — я обращаюсь к грузынам.

— Мы можем скастовать лёд, он растает и погасит масло! — резво отвечают они.

— А простой воды нет? Зачем такие сложности? — удивляюсь я.

— Неа, там другая механика. Для простой воды нужно вызвать дождь, а для этого нужно открытое пространство. — отвечает крыс, имя которого я забыл.

— Ну так херли вы тогда ждёте? Вперёд! Бедная киска в беде, нужно ее спасать!

Крысы изображают фейспалм, но с короткими лапками это выглядит не очень выразительно. Они расходятся по углам, что-то напряженно колдунят, бурча себе под нос страшные ругательства на восточном диалекте Великого Узбекского и вскоре огненная поверхность покрывается тонкой корочкой льда. Пламя мгновенно гаснет. Зевс оглушительно чихает и дымную завесу мгновенно сносит мощным потоком воздуха вперемешку с соплями.

— А ты не говорил, что так умеешь! — я заинтересованно смотрю на него.

— Да мы вроде вообще не разговаривали. Буду я еще со всякими ущербами лясы точить… — отвечает он на своем конском.

Мы быстро пробегаем по свежему ледку и оказываемся возле продолжающего работать слайсера — ну это простая ловушка, главное выгадать момент и можно проскочить между лезвиями. Вот только возникает одна небольшая проблема — конь! Пройти здесь он может только одним способом — превратившись в тонкую мясную нарезку. Чукчи и цыгане наверняка бы оценили такой исход, но я всё еще намерен сохранить ценную конину в первозданном виде.

— Так погодите, там с другой стороны должен быть рычаг, отключающий ловушку. Я такое в скайриме видел! — неожиданно меня осеняет догадка.

— Что? Ты бывал в мире, куда после смерти запускают самых конченных тупорылых и обсосанных сутулыми собаками дегенератов? А по тебе так сразу и не скажешь… — в один голос изумляются крысы.

— Да вы охуели! — разозлившись, я пинком отправляю самую жирную крысу в полет, опять забыл как ее зовут. Грызун пролетаем через слайсер, лишившись хвоста и усов, но в остальном выглядит вполне здоровым.

— Ищи рычаг, сука! А то я за себя не отвечаю! — злобно кричу я. Не, ну обидно было! Будет еще какая-то бесхвостая мразота мой любимый тес оскорблять! Это ему еще повезло, что про обливион с морровиндом не заикнулся!

Вскоре с другой стороны мясорубки доносится ущербный крысиный писк: Нашел! Раздается громкий треск, что-то глухо шумит в застенном механизме и лезвия останавливаются. Разумеется без западла обойтись нельзя и проход оказывается полностью перекрытым.

— Так, отлично! А там нет второго рычага, чтобы их совсем в стену убрать? — командую я.