Мы пробежали сквозь облако удушливого смрада, и остановились возле лифтов, ведущих наверх. Естественно, что они оказались заблокированы. Наверняка подъемники переставали работать не только в случае пожара, но и при нападении.

А вот лестницы заблокироваться не должны были, это ведь единственный способ спуститься. И как туда попасть мы знали, потому что у нас были чертежи здания «ИнвестТеха».

Впрочем, знали об этом и полицейские, так что скоро мы повернулись, прошли через холл, и оказались у двойных дверей нараспашку. За ними начиналась лестница.

Мы выскочили на нее, и побежали наверх. Раздалась короткая очередь, пули засвистели вокруг, стали с визгом рикошетить от бетона.

Ускоритель рефлексов сработал и я, еще не успев осознать, что именно происходит, свалился на лестницу, и закрыл голову руками.

Да в нас же стреляют! Какого хера?

Нет, я не питал никаких иллюзий, было и без того понятно, что отморозки, которых Фанат подрядил напасть на здание, будут палить во всех, включая спасательные службы. Но почему кто-то из них до сих пор жив, если в здание вошел спецназ?

Я поднял голову и огляделся. Моему примеру последовали не все, только медики. Полицейские остались на ногах, и более того, кто-то из них побежал дальше по лестнице. Остальные открыли огонь из пистолетов, видимо, прикрывая своего товарища.

Раздалось еще несколько коротких очередей, после чего курок сухо щелкнул, и грохнул одиночный выстрел из пистолета.

— Я убрал его! — послышался крик. — Пошли, пошли, пошли!

Мы повскакивали, и снова побежали наверх.

Второй этаж мы проскочили, видимо, боевые действия шли на третьем. Но нам же и лучше, второй этаж обычно технический, а хот-спот, который мы несли, вряд ли добивает больше чем на пару этажей. Нам ведь нужно, чтобы кто-нибудь подключился к нему, а не чтобы он просто так лежал.

На лестничной площадке третьего этажа лежал труп парня в косухе поверх легкого бронежилета. На полу около него валялся «Витязь», старый пистолет-пулемет, созданный на базе Калашникова. Да, Фанат вооружил их старым оружием, которое невозможно отследить. Оно и правильно., зачем тратить что-то лучше на смертников?

Рядом с лестницей на третьем этаже лежал человек в форме охранника. Голова его была разворочена пулевым попаданием, так что в помощи он, очевидно, не нуждался. Мы пробежали мимо в ту сторону, откуда были слышны выстрелы, но они уже были редкими, будто буквально пара человек, зажатых в углу, отбивались от спецназа. Возможно, что так оно и было.

Впереди лежала ещё группа людей, трое охранников в форме, и еще один парень в косухе. Похоже, что они были рокерами, типа меня. Ничего удивительного, примерно у половины нынешних рок-групп лирика состоит на девяносто процентов из призывов к сопротивлению корпорациям.

Мы с Чехом переглянулись и резко остановились. Дэн тоже встал, как вкопанный, Ник же бросился к одному из раненных и принялся проверять пульс.

— Хули стоите? — прошипел он сквозь зубы. — Хоть вид сделайте, что помогать собираетесь.

Остальные медики и полицейские уже убежали дальше, только один из них остановился поблизости, да принялся оглядываться во все стороны, держа в руках пистолет. Охранял, типа.

Рядом было идеальное укрытие для девайса — горшок с фикусом. Спрятать его там не составляло никаких проблем, тем более, что водонепроницаемость была одним из требований к устройству. Однако полицейский нам мешал, он бы по-любому заметил, что один из «медиков» ни с того, ни с сего решил покопаться в земле.

Я наклонился над парнем в косухе, задрал ему голову, открывая дыхательные пути, как учили на курсах первой помощи, приложил руку к сонной артерии, прислушался. Дыхания не было, как и пульса, да еще бы, у него ведь вся грудь оказалась разворочена пулевыми попаданиями.

— Труп, — сказал я.

— Труп, — прокомментировал своего Чех.

— Этот живой, — сказал Ник, подтянул к себе чемодан, и открыл его.

Наемник осторожно достал из саквояжа девайс, посмотрел на полицейского, и кивнул мне, мол, отвлеки.

Я сделал большие глаза, а потом чуть не хлопнул себя по лбу, удивляясь тому, какой же я тупой. Точно, Крисси же загрузила мне эксплойты. Вырубать оптику тут не нужно, а вот сделать ложный звонок… Тем более, что этот-то хак никак не отслеживается.

Я перешёл в режим взлома, посмотрел на него, и понял, что мощности моей деки хватает, чтобы пробить его файервол. Активировал эксплойт, показал Чеху три пальца, два, один.

— Да? — спросил полицейский. — Кто это?

Чех метнулся к горшку, воткнул девайс в грунт, и пропихнул его дальше. Сдвинул в сторону тумблер, и двумя пальцами разровнял землю. Все, дело было сделано. Осталось только свалить.

— Очень смешно, — покачал головой полицейский, и посмотрел на нас. Чуть успокоившись, пробурчал. — Ебаное спамерье.