Только расслабившись, Коля прислушался к топоту вдали. Чеканившие шаг каблучки медленно приближались к классу. «Ну вот!» – подумал огорчённый Коля: «Сейчас урок начнётся…» А ведь уж очень ему хотелось посидеть в прохладном коридоре ещё чуть-чуть.

Стук шагов, становился всё ближе, Коля понял, что идущих двое. Со временем уже можно было различить их голоса. Их владелицами оказались две женщины, и одна из них как пить дать являлась тем самым психологом, так как второй точно принадлежал классному руководителю Колиного класса.

– Конкретно мой трудно управляем. Там есть несколько ребят, которых тяжело обуздать, но в остальном дети все дружные, приятные. Почти не матерятся, кстати.

– Ого, это очень круто.

– Стараемся. Но, надеюсь, не обидитесь, если посещаемость вашего кабинета будет невысокой. Всё-таки не каждому психологическая поддержка нужна, а кто-то вообще будет к вашей работе относиться предвзято…

– Вы знаете, трудности меня не пугают.

– Я в вас не сомневаюсь, но о трудностях предупредить считаю должным.

Женщины вышли из-за угла. Тогла Коля и увидел школьного психолога. Это была приятная дама, возрастом уже за тридцать, но довольно далеко до сорока. Лицо ровное, красивое, кругловатое с ярко выраженной мимикой, длинным носом без горбинки и маленькими губами – впрочем, нежели описывать, проще будет сказать, что девушка чем-то походила на Настасью Самбурскую. Черноволосая, стройная с грудью где-то второго размера, в чёрном платье с юбкой до колен и в красных туфлях со стороны казалась какой-то путаной у Аметиста, но голос у неё был мягкий, язык интеллигентный, будто бы коренная петербурженка, настолько культурная. Но изредка выскакивающее в чистой речи оканье выдавало в ней уроженку Вологодской области. Проститутки явно так не говорят. По крайней мере так Коля думал, ни разу не видевший путан воочию. Он их представлял всегда нахальными, с хриплым, накуренным голосом, обилием мата. И хотя первое впечатление у него о ней было весьма позитивным, терзали его смутные сомнения: а не очередная ли она тупая дурочка, что будет решать вопросы и проблемы учеников с помощью цитат из книг по мотивации, либо тупорылых опусов от Карнеги, где улыбка уровня кривизны работницы Макдаковского ресторана горы покоряет. Если так, то тогда пусть идёт к чёрту. С другой стороны Коля был бы и рад ошибиться, ведь она и правда показалась ему приятной.

– Коленька! – воскликнула классная руководительница, увидев его сидящим на скамейке у окна напротив кабинета, – ты чего здесь сидишь, а не в классе?

Она была тучной женщиной с коротким и пышным каре, заплывшим лицом и в бежевом платье из какой-то грубой и дешёвой ткани. Подчёркивали её типично учительский образ очки для дальнозорких с широкими и толстыми линзами, висевшие на цепочке на уровне чуть выше довольно больших, но обвисших с возрастом титек.

– Там вакханалия Мария Аркадьевна! – отвечал Коля, показав рукой на дверь из-за которой доносились довольно громкие и безумные крики.

– Давай в класс. Сейчас я им покажу! – воскликнула Мария Аркадьевна, сверкнув на долю секунды праведным оскалом.

Тот нехотя встал и пошёл в сторону кабинета, на секунду столкнувшись взглядами с школьным психологом и уловив её улыбку, когда та посмотрела на него. «Интересно, чего это она?» – удивился Коля, давно не наблюдавший приятных улыбок окружающих в свою сторону.

Когда классный руководитель зашла в кабинет, то командным голосом воскликнула:

– Я не поняла, тут что творится?!

Класс мигом затих, будто увидевшие кошку мышки, до этого шаставшие по холодильнику в поисках сыра. Коля прошмыгнул мимо педагога к своей парте.

– Вы тут что устроили?! К нам вот новый школьный психолог пришла, – Мария Аркадьевна показала на неё рукой. Мальчики мигом принялись оценивать её сексуальность, видимо, в глубине души мечтая претворить в жизнь порно-сюжет учительницы и ученика, – а вы тут перед ней решили опозорить честь школы своим свинским поведением?! Совесть есть вообще?! – классрук обернулась к психологу, – прошу прощения, Анна Сергеевна. Сейчас ребята затихли. Можете прочитать лекцию, только… – задумалась, потом резко сверкнула глазами, – ах, да! Класс. У нас появился новый школьных психолог Веретенникова Анна Сергеевна, – показала на неё ладонью, а та кивнула ученикам, – прошу любить и жаловать. Она в течение этой недели будет общаться с каждым из классов, рассказывать о себе и объяснять ценность сеансов психологии для вас под её чутким началом. Советую послушать, прислушаться и зарубить на носу. У вас ЕГЭ скоро, экзамен морально на всех вас давит. Так что советую не игнорировать! – повернулась к психологу, – Анна Сергеевна, начинайте.

Та встала ближе к доске по центру, расслабленно выдохнула и начала речь.

– Здравствуйте, дорогие ребята. Ещё раз представлюсь, чтобы не забыли. Меня зовут Анна Сергеевна. Я опытный, дипломированный специалист в области психологии со стажем уже более десяти лет. Работала до этого в трёх школах, теперь вот у вас. Собственно, чем занимается психолог? Вопреки распространённому мнению, что мы копаемся в ваших мозгах, как жуки из «Звёздного Десанта» – класс засмеялся, – на самом деле работа психолога заключается в психологической поддержке школьников, потому что сейчас пора экзаменов, от выбора будущих выбранных предметов для ЕГЭ зависит ваше будущее, школьников везде и всюду пугают этими экзаменами, постоянно давят психологически в надежде, что ученики сдадут предметы лучше, хотя в итоге получается наоборот… – на этих словах Мария Аркадьевна покраснела. В том числе и про неё речь шла. Уж очень она боялась, что её дети математику не сдадут, – вот я и существую для того, чтобы вас психологически расслабить, ребят… – мальчики сразу подумали про секс, – но если отбросить актуальную тему, вы всегда можете прийти ко мне, рассказать о ваших проблемах, если те или иные трудности вас преследуют. Я свои школьные годы помню прекрасно, мне банально поговорить было не с кем, – до этого слушавший постольку поскольку Коля заметно оживился, став слушать внимательнее, – никто не мог посоветовать что-то полезное для меня, чтобы не совершила по жизни больших ошибок. Мне, увы, школьный психолог наш не помогал. Даже наоборот. Поэтому прекрасно понимаю, какие трудности вы сейчас испытываете и о чём бы хотели поговорить. Потому хочу, чтобы не забывали, что вы всегда можете прийти ко мне. Я буду проводить как групповые, так и персональные сеансы. Так что не волнуйтесь. Все всё успеем и на каждого внимание обратим. Главное, не забывайте одной важной вещи, – Анна Сергеевна в этот момент посмотрела на Колю, а тот на неё. Их взгляды столкнулись, и, казалось, что следующие слова она адресует ему, – Кем бы вы ни были, чего бы ни боялись в дальнейшем, просто помните, что в каждом из вас заложен огромный потенциал! Любой из вас, я уверена, бесконечно талантлив! И я в том числе стараюсь помочь раскрыть вам эти самые скрытые таланты и способности. Только, пожалуйста, не стесняйтесь. – Коля смущённо опустил глаза, не понимая, ему она это сказала, или нет. Психолог тем временем продолжала, – А сейчас с вашего позволения проведём открытый сеанс психоанализа. Прошу мальчиков отодвинуть парты к краям, а самим на стульях сесть вокруг меня. Всё поняли? – хлопнула в ладоши, – всё! Давайте! Начинаем!

Первое впечатление о человеке всегда неверное, и в этом Коля убедился ещё раз, когда Анна Сергеевна начала проводить групповое занятие. Там он увидел типичного психолога с типичными занятиями, типичной подготовленной речью. Но особенно Колю взбесили её попытки говорить с молодёжью на одном языке, как в тех кринжовых рекламах, где преподаватели ВУЗов и школьные учителя читали рэп или танцевали брейкданс – одним словом старались быть с молодёжью на одной волне.

«Да и чёрт с ней. Мне с этой женщиной детей не делать…» – подумал слегка огорчённый Коля. Он поначалу надеялся, что она будет взрослым и рассудительным человеком без детсадовских потуг и попыток быть с биомусором на одной волне, а она будто бы вчера одиннадцатый класс закончила!