— Это она сказала мне, что вы встречаетесь в парке… И Марат действительно пришел.

— Подожди… ты что… ты хочешь сказать, что все-таки сомневался во мне?

— Говорю же, она была очень убедительной. Если бы этот кретин не был парнем моей сестры, я бы решил, что они в сговоре, но не могла же она так поступить с Лейлой. Я пришел чтобы убедиться, что она обманула. Я был уверен, что там не будет ни тебя, ни его.

— Значит, они сговорились за спиной Лейлы! — стою на своем. — Зачем это ей я понимаю, но зачем это ему?

— Ну, ты ему нравишься.??????????????????

— Абсолютно нет.???????????????????????

— Не спорь. Я мужчина и я вижу. А еще у нас с ним вечные терки.

— То есть ты понимаешь, что это было подстроено? — пытливо смотрю ему в глаза и секундного колебания достаточно, чтобы понять, что крошечная доля сомнения все же была. А может быть и есть. — Ратмир!

— Просто не говори с ним больше. Никогда. Хорошо? Переходи на другую сторону улицы, если видишь его идущим на встречу.

— Поверить не могу. Ты ревнуешь!?????????????

— А даже если и так, что с того? Когда любишь, не можешь не ревновать.

— Когда любишь? — цепляюсь за слова. — То есть…

— Прекрати!????????????????????????

Он что, смущен? Неприступный Юнусов стал пленником собственных чувств?

Впрочем, я не хочу на него давить, всему свое время. Ведь я и так знаю, что значу для него.

— Так во сколько ты сказала вернешься? — меняет тему он, тон становится игривым.

— Ни во сколько. Я ничего не говорила.

— Значит, полчаса у нас есть????????????????

— Ратмир! Ты с ума сошел! Мне пора! Если отец узнает… Что ты делаешь! — хохочу, когда он валит меня спиной на диван и пристраивается сверху. — Ну ладно, если только полчаса…

????????????????????????????

Засыпаю я дома со счастливой улыбкой на губах. Он любит меня! Любит! Никто и ничто не сможет нас разлучить. Я представляю наше совместное будущее, строю планы, даже не подозревая, что в ближайшем будущем всему этому просто не суждено сбыться.

????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????

Несколько следующих дней проходят словно в каком-то сне, все настолько хорошо, что даже страшно произносить это вслух, чтобы не сглазить. Все недруги, которые продолжительное время крутились вокруг нас с Ратмиром, куда-то сами по себе исчезли. Милана, которая совсем недавно сыпала в мою сторону проклятиями и угрозами, вдруг словно стала тише воды ниже травы. Она будто бы перестала меня замечать.

Это, конечно, немного напряжно: в прошлый раз после затишья она устроила мне такую бурю! Но хочется верить, что тех уроков ей хватило. Что она поняла, что ничего не рассорит нас с Ратмиром — ни ее бесконечные низкие пакости, ни уж тем более ее унижения перед ним.

Марат тоже куда-то исчез, Лейла перестала смотреть на меня волком. Даже отец — и тот будто сменил гнев на милость и я даже слышала вскользь, как он переговаривался с матерью на кухне о предстоящем торжестве.

Неужели теперь действительно все наконец-то станет хорошо?

Та долгожданная белая полоса, которую мы с таким нетерпением ждали.

Ловлю себя на мысли, что считаю дни до нашей свадьбы, думаю о том, какой она будет, что я надену…

Когда-то я и помыслить не могла, что буду размышлять об этом с улыбкой на лице. Когда-то я рыдала, думая о том, кто в скором будущем станет моим мужем. Я считала, что моя судьба — быть несчастной до конца дней, рядом с ненавистным и нелюбимым человеком, но вон оно как все обернулось!

— Мам, может быть походим по магазинам? — спрашиваю я ранним вечером выходного дня. На учебу идти не нужно, я выспалась и испытываю дикий аппетит. Поэтому сметаю со стола все, что не приколочено.

— По магазинам? Тебе какие-то обновки нужны?

— Ну нет же. Платье, — чуть понижаю тон и оборачиваюсь — отец сидит в гостиной, смотрит телевизор и не слышит, о чем мы там говорим. — Мое свадебное.

— Платье? Так время же еще есть, — улыбается мама, намывая посуду. Как всегда — до скрипа. Мама очень любит чистоту и прекрасно готовит, чему научила и меня. — Зачем так спешить.

— Ну так посмотреть хотя бы просто, прицениться, — ощущаю, как щеки заливает краска.

Что, конечно, не скрывается от глаз мамы.

— Так любишь его сильно? — она улыбается. Рада за меня. Искренне. И ее поддержка для меня многое значит.

— Люблю… Сложно в это поверить, но ближе него у меня сейчас никого нет. Ну и ты, разумеется.

— А где жить будете, уже обсуждали?

— Сначала в доме его родителей, — мрачнею. — Но потом что-нибудь придумаем.

То, что мы размышляли о том, что вообще хотим уехать из города, подальше от его полоумного семейства и моего деспотичного отца, я не озвучиваю. Не хочется расстраивать ее раньше времени.