— Ещё кто-то выжил?

— Возможно. На корабле сорок восемь спасательных аппаратов различной вместимости. Наш спасательный челнок отстрелился предпоследним. Последним должен был отстрелиться спасательный челнок капитана корабля с командой ближнего круга, — пояснял всё тот же офицер.

— Ближнего круга? — не понял я.

— Ашш Ноаса Овесса — истинно живой, лейтенант-командор, командир одной из боевых частей корабля, — пояснил генерал-командор, — но по роду должности не входит в ближний круг экипажа, что в случае повреждения корабля покидает его последним.

— Ближний круг что-то вроде спасательно-ликвидационной команды? — задал риторический вопрос, так как понял принцип очерёдности покидания терпящего бедствия корабля и теперь стало понятно, почему спасательный челнок закинуло к нам на континент, а не приводнились они где-нибудь в океане. Траектория полёта, траектория приземления и многие факторы сыграли роль.

— Вы правы, — произнёс генерал-командор, но я заметил, как стоявшие подле него офицеры и особенно солдаты напряглись.

— Тихо, тихо! Я к нему, мне просто поговорить! — услышал на русский знакомый голос пленного. Повернулся. Невдалеке с раскрытыми ладонями вперёд стоял Виктор.

— Что он хочет? — спросил один из офицеров.

— Он хочет поговорить со мной. Не волнуйтесь, я сейчас ему отвечу, что чуть позже к ним подойду, — ответил анторсам и обратился к Виктору, чтобы тот немного подождал, я пока не закончил переговоры. И как же хорошо, что он напомнил о себе. Я вот сижу тут, веду беседу, а о пленных то совсем забыл. Надо же что-то с ними делать.

После моих слов Виктор нехотя, но вернулся на место и что-то стал объяснять своим соратникам, по несчастью.

— Что планируете делать дальше? Пробираться к своим? — хотел закруглять беседу, плавно перейдя к вопросу о пленных, которых хотел, чтобы отдали мне, а они сами шли куда хотят. Но на мой вопрос почему-то долго не было ответа. Я повторил его, может не поняли.

— Мы тебя поняли. Я думаю, хоск Бесс, — спокойно ответил генерал-командор. По нему видно, что он очень сильно устал, измотан грузом ответственности и крахом надежд, утомлён долгим переходом и едва держится, чтобы если не рухнуть в обморок от перенапряжения, то свалиться прям здесь на пол и уснуть. Даже удивляюсь, почему ему не вкололи стимуляторы, может возраст тому виной. Ну не боец он, не боец. Пауза затягивалась. От неудобного положения, ноги у меня затекли, и я медленно, не делая резких движений встал. И как же было странно наблюдать, что одновременно со мной со своего места, но значительно медленнее и несколько неуклюже поднялся генерал-командор.

— Ашш Сошша Хааш, — произнёс он выпрямив спину и гордо воздев голову вверх, да так, что подбородок оказался значительно выше уровня плеч.

— Я здесь, генерал-командор.

— Подойди ближе… По праву старшего по званию, согласно уложению о принцах крови, я, как старший из присутствующих здесь принц крови, складываю с себя свои полномочия и передаю их единственному присутствующему здесь принцу крови, — одновременно с этим генерал-командор извлёк откуда-то из складок своей одежды клинок. Успел разглядеть только сильно потёртые ножны. Что меня удивило, так это то, что все стояли молча, понурив голову. Вот только ашш Сошша Хааш был этому не рад.

— Но, мой генерал-командор, — официально по званию, обратился ашш Сошша Хааш, — положение о принцах крови давно не используется и решением Совета истинно живых…

— Началась война, ашш Сошша Хааш, а принцы крови никогда не оставались в стороне. Именно наши с тобой потомки возвели расу анторсов к тем высотам, каких мы достигли, но сейчас над расой нависла угроза. И как не мы, не те, кто стояли у истоков обязаны сплотить вокруг себя всех, кто способен держать оружие и дать отпор врагу, но максимально сохранив жизни тех, кто сейчас на планете. Я знаю, Совет истинно живых нас не бросил и помощь придёт, но до этого времени нужно продержаться. А выжить можно только сражаясь. Посмотри на них, — он кивнул в сторону пленных, — по плану неделю назад должна стартовать финальная фаза колонизации, а мы до сих пор не одержали окончательной победы. Так что прими мой клинок и… помоги мне уйти достойно.

Я так и стоял, смотрел разворачивающее действие, не понимая, что происходит, но догадался, что именно сейчас произошло что-то судьбоносное, что повлияет на судьбу не только окружающих меня анторсов. Один из солдат подошёл ко мне:

— Хоск, дальше тебе лучше не присутствовать, это дела принцев крови. Можешь пойти к этим, — он указал на пленных, — поговори, если есть желание. Но знай, мы чтим приказ. А он гласил доставить их к Верховному Представителю живыми и невредимыми. И не смотри на меня так. После боя планировали прибыть на корабль Главнокомандующего. Всё, иди.

— Товарищ сержант, товарищ сержант, — как только стал подходить к пленным, ко мне подскочил Виктор, — вы договорились, нас отпустят? Я видел, как этот старый на вас смотрел, он… он…

— Что он? — мысли путались, переговоры пошли не по плану. И что делать дальше я не знал, а ещё этот фортель с принцами крови. Вообще, что это всё значило? Ни Глен, ни тем более Гена не понимали в произошедшем ничего, а спросить можно только у ашш Сошша Хааш, но он сейчас занят. Стоит возле усевшегося генерал-командора. Ладно, как только представится возможность, то спрошу. Так, а это что за шум?..