— Она всегда была слишком дерзкой, — хмыкает советник. — Но да, у нас была причина.

Он, усмехаясь, смотрит на Томaса. Что? То есть они использовали меня, чтобы я привела его? Они знали о нём. Господи, Томaс обратил Соломона!

— Он же твой друг… был таковым. Как ты не заметил, что он собирается сделать? — в ужасе шепчу я.

Томaс поворачивается и пожимает плечами.

— Я знал. На самом деле это был мой план.

Меня дёргает назад.

— Да здравствует король! — Соломон поднимает руку Томaса вверх, вызывая громкие крики вокруг нас.

У меня начинает кружиться голова. Нет… нет… это всё шутка… нет.

— Томaс, — выдавливаю из себя.

— Добро пожаловать домой, мой друг. Мой брат. Мой король, — Соломон обнимает Томaса, и тот ему улыбается.

— Вы слишком долго думали. Я даже заскучал в лесу, но вышло довольно эпично, — смеётся Томaс.

— Что? Томaс! Ты что делаешь? — спрашивая, перевожу взгляд с него, на Соломона.

— Что он делает? Восстанавливает справедливость, Монтеану. Томaс единственный древний вампир, рождённый первым от великого вампира, и его прекрасной и умной жены. Он заслуженно должен был занимать этот трон, но твой отец обещал его убить. Он хотел забрать его, чтобы сделать своим рабом, и нам пришлось его спрятать. Но теперь, когда Монтеану ослабли, мы вернулись, чтобы завершить начатое. Ты ведь уже не сможешь нам помешать, не так ли, королева? Ты же сама показала нам туннели, по которым мы снова прошли в твой дом.

Нет. Прошу, Господи, нет.

Вокруг меня раздаются осуждающие оханья.

— Да-да, всё было именно так. Вы знали, что именно ваша королева провела врагов по туннелям в прошлом, и они перебили ваши семьи? Нет? Это так и было. Или я ошибаюсь, королева? — ухмыляется Томaс.

Нет… нет… я, оборачиваясь, ловлю злые взгляды.

— Это ложь! Скажите им, королева, что это ложь! — выкрикивает кто-то.

Я поджимаю губы.

Ты не мог, Томaс. Ты не мог так со мной поступить. Не мог.

— Это правда. Я узнал, что именно ваша королева была причастна к нападению на вас и тогда, и сейчас. Она показала в прошлом проходы в церковь моей матери. Да, Флорина, Гела была моей матерью. А тот, кто убил твоего отца, был моим отцом. И я хочу возмездия. Ты убила их, даже не удосужившись узнать их требования. Ты разорвала их, и я разорву здесь всех. Ты провела нас по туннелям. Ты хреновая королева. Хотя ты и так знаешь об этом. Всё, что вы знали, это ложь! Думаете, она сильная? Смотрите! — Томaс резко подскакивает ко мне и хватает меня за горло. Я хриплю, цепляясь за его руку, а он поднимает меня над полом.

— Смотрите, она даже обратиться не может! Она больше не вампир! Она слабый, жалкий и ничтожный человек! Видите? Она не защитит вас! Она врала вам! Она не королева!

— Королева, защищайтесь! — кричат мне.

Я лишь с болью смотрю в ожесточённые глаза Томaса.

— Обратитесь, королева!

— Как ты мог? — хриплю я.

Он с рычанием швыряет меня, и я падаю на пол, скользя по нему. Бьюсь всем телом о колонну и издаю стон от боли.

— Она ничто! — Меня рывком хватают за ворот куртки и швыряют обратно под ноги Соломона. Я поднимаю голову, облизывая губы и ощущая свою кровь. Дядя что-то шепчет мне.

— Прости меня… прости…

— Она больна, — раздаётся голос Сава. Меня поднимают на ноги, но, кажется, у меня что-то сломано. — Я лично лечил её. И у меня есть твёрдая уверенность заявить всем вам, что королева бессильна. Она не сможет защитить вас. Никогда не могла.

— Сав, рад тебя видеть, — Томaс улыбается ему.

— Ваше Высочество, — Сав легко кланяется ему.

Нет. На теле Сава и лице ни царапинки. Он жив и здоров. Он тоже предал меня. Он врал мне. Он играл свою роль. Боже мой, как же это больно.

— Сав, — с горечью шепчу я. — И ты с ними.

— Я с теми, кто может обеспечить безопасность моей семье, Флорина. А ты уже давно ничего сделать не можешь. Я за справедливость, о которой все забыли. Я за честность. Я поддерживаю Томaса в его желании вернуть свой трон, написать для нас новые законы и сделать наш мир лучше. Монтеану никогда не волновались о нас, они больше боготворили людей, которые нас и убивают.

Я с болью смотрю на искорёженное яростью лицо Сава. Я же так верила ему. Они водили меня за нос? Но… Стан же читал их мысли. Господи, что ещё скрывается в силе Томaса?

— Ты хотела увидеть предателей, Флорина? Вот они! — торжественно заявляет Томaс. — Все, кто окружал тебя, ненавидят тебя. Все, кто был рядом, тебя ненавидят.

— Какая же ты тварь, как и твоя мать, которую я убила, — хрипло смеюсь, сплёвывая кровь. — Она была жалкой, когда я убивала её. Я сожрала её и тебя сожру.

— Заткнись ты! — удар летит сбоку от Соломона, и я падаю на пол.

Моя челюсть хрустит, и я выплёвываю два зуба. Чёрт. У меня дрожит всё тело, когда я приподнимаюсь на локтях. Виски разрываются от боли. Давление в голове настолько сильное, что, кажется, она сейчас взорвётся.