— Фу. Боже, какая мерзость, — визжу я и очищаю руки, бросая в сторону волосы. Меня передёргивает от отвращения.

— Выходит, что второй раз мы не будем там больше купаться? — с надеждой спрашиваю я.

— Нет. С нас хватит одного раза. И моё видение… меня же там не было. Я должен был умереть.

Я со злостью бью Томаса в грудь.

— Ты чёртов урод! Какого хрена ты туда прыгнул? — возмущаюсь я.

— Я должен был. Должен. Это был единственный шанс его убить. Русо ухватился за меня, и он бы не отпустил. Поэтому я готов был умереть. Я его укусил, чтобы ослабить сильнее. И не злись на меня, мы выиграли, — Томас широко улыбается.

— Почему ты так молод? Тебе раньше было на вид около тридцати пяти. Сейчас ты выглядишь на десять лет моложе.

— Ты тоже.

— Правда?

— Да.

— Круто, — улыбаюсь я, а потом замечаю шокированные лица Сава и его семьи, как и Стана. — Ладно, кажется, у меня немного мозги повредились. А что с остальными?

— Они сожгли всех, кто погиб. Остальные выжившие отправились в замок прибираться и подчищать всё. К сожалению, замок сгорел.

— Хм… печально… наверное. Это важно? Как бы там было много трупов, и они нам не особо-то и нужны. А книги… подождите, а книги?

— Думаю, что пришло время для новых законов и нового клана, Флорина.

— Клан Моциону.

— Верно.

— Ты жив! Вы живы! — Сав словно отмирает и подбегает к нам. Он обнимает Томаса и смеётся. Затем целует меня в щёку. — Вы живы!

— Ага. Ты в порядке?

— Я? Да я… беру отпуск. Мне нужен отпуск от всех вас. Ненавижу вас, — Сав злобно отталкивает меня и обнимает свою плачущую жену. Она что-то говорит одними губами, вроде: «Боже мой… живы… это хорошо». Ну, это моя догадка. Хотелось бы.

— Они все думают, что Томас мёртв? — хмурясь, спрашиваю я.

— Да, но мы вернёмся…

— Нет, — я категорично мотаю головой. — Нет. Томас для них мёртв. А я потеряла силы. Потеряла все свои силы и стала человеком.

— Зачем? Флорина, ты королева, — Томас непонимающе смотрит на меня.

— Нет, я не королева, у них есть король. Это Стан. И клан будет Моциону в честь Рома. А ты обретёшь свободу, — я беру руку Томаса и прижимаю её к своим губам. — Ты снова станешь свободным. Больше никакого насилия, никаких войн. Мы спрячемся. Мы с тобой уедем на Аляску и будем тихо жить. Поколения сменятся, и когда нам наскучит, мы вернёмся, как члены клана Моциону. У нас будут дети…

— Это уже есть, — Томас улыбается и кладёт ладонь на мой живот. — Уже есть.

— Что? — Я недоумённо перевожу взгляд то на Томаса, то на его руку.

— Ты беременна. Я понял это, когда Русо держал тебя на мушке. Я почувствовал это. Ты беременна. У нас будет ребёнок. И я буду злиться какое-то время на тебя за то, что ты прыгнула в это озеро и чуть не убила нашего ребёнка. Да, я буду. И вероятно, буду мстить тебе.

— Она ненавидит червей в трусах.

— Будет тысяча червей в постели, — грозится Томас.

— Идиоты. Вы, правда, идиоты, — фыркаю я и поворачиваюсь к семье Сава, наблюдающей за нами. — Вы поняли? Никто не должен знать о том, что Томас жив. Никто.

Все кивают.

— Что ж, значит, пора встретить новый день, — улыбаюсь я. — Как насчёт ванны? Мне, правда, очень хочется помыться.

Томас откидывает назад голову и смеётся. И этот смех я пронесу сквозь века.

Настоящее время

Тихая церковь встречает меня теплом и потрескиванием свечей. Я медленно иду к фигуре Создателя и улыбаюсь, глядя на него. Кажется, что прошла вечность с того момента, когда я была здесь в последний раз. Но я вернулась. Вернулась, чтобы поблагодарить это место, насладиться тишиной и спокойно провести оставшиеся месяцы до появления ребёнка. Нашего первенца с Томасом.

— Не поверишь, но я скучал, — меня обнимают любимые руки, и я делаю глубокий вдох.

— Я тоже. Два месяца, а кажется, что прошла ещё одна жизнь.

Мягкий поцелуй в висок, и я растворяюсь с закрытыми глазами в знакомом и таком обожаемом мной аромате.

— Как всё прошло?

— Рома бы понравилось. Стан стал королём, и теперь клан носит имя Моциону. Думаю, что я всё сделала правильно.

— Ты счастлива, Флорина?

— Безумно. Это то, чего я хотела всю свою жизнь. Я обрела свободу.

— Ты подарила свободу мне.

Я открываю глаза и поворачиваюсь. Томас с улыбкой смотрит на меня. Его задорная улыбка такая яркая. И я хочу поцеловать её.

— Я говорил, что скучал по вам двоим? — Томас целует меня в губы, а затем опускается на колени передо мной. Он кладёт ладони на мой живот и целует его. — Я безумно скучал. Больше не оставляйте меня так надолго.

— Ты такой драматичный, — смеюсь я. — Мы виделись неделю назад.

— Это не уменьшает значимость моей зависимости от вас.