Во все это верилось с трудом. В параллельные миры, миграцию через шкаф, сваливающиеся на голову дома и предложения, от которых невозможно отказаться. Хотелось проснуться. Понять, что происходит.

Но вот оно – чудо.

Трогать разрешается.

Денис провел рукой по шероховатой поверхности террасы. Доски нагревались. Солнце, перевалив через точку зенита, начало слепить глаза.

– Мы подпишем контракт, – сказал Егор. – Для твоего мира это ничто, а в нашей реальности к чему-то обязывает. Да и в этой – тоже. Агентство получит вознаграждение от местных властей. Ты – дом, работу, надежное убежище. Никаких налоговых деклараций, тунеядства и прочей дикости. Живи в свое удовольствие. Работай, помогай заново отстраивать этот мир. Тут есть система образования, у детей будут русскоязычные учителя.

– Моя жена преподает, – рассеянно произнес Денис.

– Отлично! – обрадовался агент. – Устроится в городскую школу. Документы вам оформят, получите местные паспорта.

– А они есть?

– Завтра покажу, – пообещал Егор. – Прикольные. Чем-то советские напоминают.

– Уговорил, – Денис закинул ноги на террасу. – Готовь свой контракт. Остается только жену убедить.

– Приходите оба, – посоветовал Егор. – Покажешь ей всю эту красоту. Мы подготовим бумаги и несколько вакансий на выбор. Из тех, что нам достались от мэра.

Денис ничего не знал о мироустройстве этого среза, о его порядках и людях, населяющих остров. Ему не доводилось жить в подобных местах. Но в душе он принял решение. Если мечта стучится в дверь, надо открыть.

Все утро Денис потратил на переустановку операционной системы. Это была лишь малая часть проблем, сопутствующих переезду. На альтернативной Земле, где поселилась семья Дениса, Сеть отсутствовала. Никакого Интернета – спутникового или кабельного. Люди тут не слышали о Винде, даже пиратской. Пользовались операционкой, отдаленно напоминающей Линукс. При этом всё указывало на русские корни разработчиков. Дениса просветили по поводу существования локальных соединений на самом острове. Что-то наподобие муниципальной сети. Но весь массив планетарной информации, благодаря которой человек интегрируется в мир, оказался недоступным. К счастью, межсрезовый переход продолжал работать. Денис решил использовать портал для сбора файлов, без которых ему придется туго в новой реальности. Прогулявшись по друзьям, он скачал на внешний винчестер свои любимые фильмы, книги и музыкальные альбомы. Кое-что пришлось покупать за деньги. У жены и детей тоже были свои заказы.

Переезд занял около двух недель.

Представители агентства выполнили обещание – к подъезду Дениса дважды подгоняли микроавтобус с грузчиками. Эти же грузчики помогли внести вещи в портал. Егор организовал островитян, и те приобщились к труду, так что участие самого Дениса в перетаскивании книг, посуды и прочего барахла было минимальным. Островная община была дружной, все общались между собой по-русски, хотя и с довольно своеобразным акцентом. Мэр больше напоминал смотрителя маяка, чем строгого градоначальника. Впоследствии выяснилось, что с маяком Денис не ошибся.

Катя поначалу воспринимала действия мужа, как сумасшедшую авантюру. Женщины гораздо прагматичнее мужчин в житейских вопросах. Стабильность, уверенность в завтрашнем дне. Никаких рисков, спонтанных перемен и зова сердца. Так что Денис не стал заводить сложный разговор, а просто усадил Катю в машину и привез к «Салону Дверей». Максима с Олесей забрала на весь вечер бабушка. Все это выглядело подозрительно, но супруга не возражала. Они вместе переступили порог портала, вместе побродили по острову, а Егор все это время сидел в кофейне. После возвращения домой Денис занялся своими делами, хотя его так и подмывало начать серьезный разговор. В итоге Катя подошла первой и стала задавать вопросы…

И вот они здесь.

Даже не верится.

Все споры и сомнения остались позади. Вещи расставлены по своим местам, кондиционер работает на полную катушку, пальмы колышутся на ветру. У Дениса есть месяц адаптации, положенный ему по контракту. Это означает пять недель бесцельного времяпровождения, наслаждения солнцем и океаном, обустройства на новом месте и знакомства с соседями. Маленький незапланированный отпуск. Деньги, привезенные из Польши, Денис прямо в агентстве обменял на монеты островной чеканки. Монеты оказались вполне приличными рублями, золотыми и серебряными, с двуглавым орлом на реверсе. Егор сказал, что в этом мире пользовались и купюрами, только бумажные деньги печатаются на материке. На все вопросы об истории альтернативной Земли агенты отвечали уклончиво. Мол, спрашивай у местных, они больше нашего знают. Вроде, какая-то война у них тут была, все государства изменились. Идёт медленное восстановление. Перспективы впечатляющие, всё строится, нужны люди. В подробности никто не вдавался.

Денис решил присмотреться и выяснить всё у островитян. Так случилось, что этот клочок суши обезлюдел, а потом его вновь заселили. Среди горожан преобладали русские и европейцы. Встречались греки, египтяне, марокканцы и даже грузины. Все они почему-то выбрали русский в качестве государственного языка. Что, в принципе, радовало.

Мир, в который попал Денис, агенты между собой называли Пустырем. Вообще, у сотрудников «Барона Самди» были придуманы прозвища для всех Земель, где они открыли свои офисы. А работали агенты в двадцати четырех срезах реальности. О своём головном офисе, технологиях и возможностях наниматели Дениса не распространялись. Егор лишь заметил мимоходом, что миграция в многоуровневой вселенной развита хорошо, и есть миры, в которые достаточно сложно попасть. Вообще, «Барон Самди» старался перебрасывать людей в ближайшие альтернативы – такой подход сильно упрощал адаптацию. В дальних срезах, добавил разговорчивый агент, вы бы не прижились, там всё принципиально иное. В эти альтернативы суются лишь подготовленные путешественники, пожившие на разных планах. Отличия кроются в хронологической удаленности точек ветвления. Чем больше столетий минуло с тех пор, как образовалась событийная развилка, тем более странным и несуразным кажется путешественнику чужой мир. Разумеется, в качестве пункта отсчета используется материнский срез мигранта. Мы предложили тебе самый простой вариант, добавил Егор.

Денис собирался отдохнуть несколько дней от переезда и всего остального, а после заняться детальным изучением Пустыря. Остров, на котором они с женой и детьми поселились, назывался Последней Гаванью. О происхождении этого названия стоит поговорить с местными старожилами, добавил агент. Например, с мэром. Или директором порта. Денис кивнул и поставил себе зарубку на будущее. Он никуда не спешил – впервые за долгие годы. Островок был гостеприимным, его обитатели нравились не только Денису, но и Кате. А такое случается редко. Отзывчивость и желание помочь – редкие для современных белорусов качества. У грузин такое в порядке вещей, думал Денис, усаживаясь вечером в кресло-мешок на веранде, а у нас – нет. Видимо, причина в замкнутости общины – все жители острова зависят друг от друга.