— Молодец, братушка. — Так звал Маркел товарища, передразнивая Родиона. — Теперь повеселимся ложками. Ещё бы четверть самогона на каждый глаз, и можно лес валить.

— Таскай, а то вечереет уже, скоро темно будет.

Приехали уже в глубоких сумерках. Кашевары сразу взялись за дело. Мужики дружно потянулись к столу, застучали деревянные ложки по одной большой миске, из которой ужинали все вместе. Ели мясо молча, наскучались на постной каше. Кашевар взял заднее стегно и вынёс на мороз, чтобы завтра порадовать работников деликатесом — строганиной. Мало, что может сравниться с тонкими кусочками мяса, наструганными ножом и сдобренными солью.

После еды пошли разговоры, послышался смех — полегчало.

Родион до обеда управлялся со скотиной, а потом помогал на кухне поварихе Никитичне, готовившей еду для работников и отдельно для семьи хозяина. Мальчик колол и носил дрова, которых требовалось много не только для кухни, но и для отопления дома. Там стояло две печки — дом большой. Потом запрягал лошадь в сани с большой деревянной бочкой и ехал за водой на реку. Ведром из проруби набирал бочку, закрывал чистой мешковиной, чтобы вода не плескалась, и домой вёл коня в поводу. Воды требовалось тоже много, одной поездкой не обойдёшься, приходилось каждый день раза два-три наведываться к проруби. Родион наловчился делать работу быстро, и у него оставалось немного времени, чтобы послушать добродушное ворчание поварихи, а в награду получить кружку молока, горячий кусок хлеба или какую-нибудь постряпушку. Потом посидеть в уголочке, погреться, а то и подремать несколько минуток.

Однажды Родион уснул за печкой. Он проснулся, когда его стали дёргать за рукав, открыл глаза и увидел хозяйскую дочь. Девочка с любопытством разглядывала человека, которого она до этого видела только в окно. Ей было годика четыре. Наряженная в платьице с длинными рукавами, из-под которого виднелись беленькие аккуратные катанки, она была похожа на ангела с картинки. Светлые густые волосы были заплетены в две косички и уложены калачиком.

— Ты кто? — спросила девочка, удивляясь своей находке.

— Я Родион, — ответил мальчик, разглядывая ребёнка.

Он тоже видел эту девочку издалека, знал, что это младшая, и единственная, сестра Нестора, сына хозяина. Нестор был уже достаточно взрослый, работал в лавке у отца, а девочку всюду сопровождала молодая женщина. Сама хозяйка, по слухам на кухне, постоянно болела и появлялась на людях очень редко.

— Родионами зовут больших дядьков, а ты ещё не большой дядька, — усомнилась девочка.

— Тогда просто Родька.

— Родька, а можно я с тобой посижу в уголке, мне так хочется.

— Здесь грязно для тебя, испачкаешься.

— Мне так хочется, — повторила девочка.

— Ну, иди, если тебя не заругают.

Он выбрался из угла, уступая ей место. Девочка, придерживая платье, пролезла в угол и присела на перевёрнутую деревянную кадушку.

— Здесь хорошо, — заявила маленькая хозяйка и стала разглядывать стены, а увидев паутину, промолвила:

— Вот где Нестор сетки берёт на голову.

— Тебя как звать? А то я не знаю, — спросил Родион.

— Лизавета, только матушка зовёт просто Лиза. А ты как будешь меня звать?

Родион растерялся и промолчал.

— Если будешь со мной дружить, то зови меня как хочешь. Ты будешь со мной дружить? — Девочка пристально посмотрела на Родиона.

— Если тебе позволят со мной дружить, тогда буду.

— Конечно, позволят, — заявила Лизавета.

— Лизавета! Девочка, ты здесь? — раздался испуганный голос.

На кухню забежала няня девочки и посмотрела по сторонам. Её испуганное лицо было жалким и вызывало сострадание.

— Мальчик, ты не видел девочку здесь, маленькая такая? — спросила с надеждой она.

— Я здесь, — откликнулась Лиза.

Няня оттолкнула Родиона и, заметив девочку, накинулась на мальчика:

— Ты зачем её туда затолкал?

— Это я сама залезла, он мне просто уступил место. Не ругайся, Аннушка, — обратилась Лиза к няне по имени.

— Лапушка, да там грязно и пыльно, там и мыши живут.

— Мышков я не видела, только сеточку. Хочу мышков посмотреть.

— Они страшные, хвостатые!

— Хвост как у нашей кошки, что ли?

— Пойдём, а то матушка будет сердиться. — Аннушка потянула девочку домой.

— Родя, ты мне мышку поймаешь? — крикнула Лизавета и скрылась за дверью в другом конце коридора, куда работникам ходить не разрешалось.

— Ишь ты, мышку? Испугаешься небось.

Через несколько дней Лиза опять появилась на кухне, опять потихоньку сбежала от няни. Нашла Родиона в потайном уголочке, заулыбалась:

— Аннушка меня не пускает сюда, но я потихонечку ушла, пока няня разговаривает с матушкой. Смотри, что у меня есть. — Из складок на платье она вытащила пряник и протянула мальчику.