После услышанного рассказа Феди о чудесных, в прямом смысле этого слова, напитках Зелёной я на следующий же день нанёс ей визит.

Она очень обрадовалась моему приходу, и... тут же заставила рисовать свой портрет.

Мне был выдан большой лист белоснежной бумаги и огромный набор разноцветных карандашей. Нейра позже рассказала мне, что этот набор стоит невероятных денег - минимум двести золотых, а это на минуточку, двести тысяч рублей.

Как оказалось, вчерашним вечером Каролина Ливс, возвращающаяся домой, похвасталась перед соседкой рисунком, который я ей нарисовал. Та сильно впечатлилась увиденным и решила во чтобы это не стало, обзавестись таким же, но только больше и лучше.

Где она взяла эти цветные карандаши я так и не смог узнать.

На все мои вопросы друид лишь загадочно улыбалась и выпускала ровные круги синего дыма из своей трубки.

Когда портрет был завершён дорогущий набор карандашей был подарен мне в качестве своеобразной оплаты за работу.

Но на этом старушка не остановилась.

Она предложила мне стать её учеником.

Я, помня предостережение Фёдора насчёт большого количества ограничений, которые вынуждены терпеть друиды, попытался как можно деликатнее отказаться от столь неожиданного предложения.

Марфа Зелёная спокойно выслушала мои доводы и ехидно ухмыльнулась.

Выяснилось, что для неё это не проблема, и есть некая недекларируемая возможность, с помощью которой можно легко обойти столь неприятные мне ограничения.

Нужно всего лишь получить ранг посвященного.

Ну, или по простому - вольного слушателя.

Причём этот ранг может присвоить только признанный гранд-мастер, у которого в прошлом было не меньше тысячи учеников, благополучно достигших звания мастера.

У Зелёной, по её словам, подобных учеников было больше двадцати пяти тысяч. Раньше, до того, как решила уйти на заслуженный отдых, она преподавала в Академии Магии, расположенной в столице местного княжества.

В общем, теперь я до кучи ещё и посвящённый друид.

Старушка двое суток выносила мне мозг, вколачивая накопленные за долгую жизнь знания.

И я бы наверняка сошёл с ума, если бы наше с ней общение происходило тет а тет, без некого отвлекающего фактора, периодически переключавшего на себя её внимание.

Как ни странно, таким фактором стала Каролина Ливс.

Она всё-таки смогла заполучить ученичество у Марфы Зелёной, и что интересно, произошло это не без моей помощи. Знахарка использовала собранный мной «лечебный гербарий» для изготовления редкого эликсира, который и стал своеобразным вступительным экзаменом для неё.

Пять дней я метался по Сухому Долу и его окрестностям, выполняя многочисленные задания своих учителей.

Нейра давала дельные подсказки, и помогала с решением особо сложных задач. Но больше всего её помощь пригодилась в момент изучения практических навыков.

От капитана Эдвардса я получил начальные знания о самых распространённых видах оружия ближнего боя. Меч, копьё, шест, дубина, и даже боевой топор.

Кривой Йорик, старый вор, научил меня азам рукопашного и ножевого боя. Из своих профессиональных умений он показал, как вскрывать несложные замки, и незаметно подкрадываться к жертве.

Немногословный охотник, Савелий Бродяга, научил, как стрелять из лука, и без проблем ориентироваться в лесу.

Клим Огнев, кузнец и мастер чар, преподал мне основы своей сложной науки и профессии. Сейчас, после двух насыщенных дней, проведённых в его кузнице, я с лёгкостью смогу подковать коня, или зачаровать нож на прочность и остроту.

С Ланой Огневой, мастером волшебной кулинарии и моей первой учительницей, мы занимались ежедневно, по несколько часов без перерыва. Она вбила себе в голову, что я должен не просто стать учеником в её классе, а сразу заслужить ранг подмастерья.

Мне всегда нравилось готовить, это пошло ещё с прошлого мира, в котором моя самостоятельная жизнь началась в семнадцать лет. Сразу же после окончания средней школы родители сняли мне квартиру в Подмосковье, дали денег на первое время, и выперли из дома.

Если что, я на них не в обиде, потому что полностью заслужил такое отношение к себе.

Трудный подросток с трудным характером. Опасный для окружающих и в первую очередь для себя.

Прыжки с тарзанки, паркур в промышленных зонах, гонки на мотоциклах по ночному городу, пьяные драки с гопниками.

И всё это на фоне моего патологического невезения.

Моё тело было покрыто татуировками, пирсингом и... многочисленными шрамами. К этому возрасту у меня не было ни одной целой конечности - руки и ноги ломал по нескольку раз. Плюс ключицы, рёбра, и две трещины в черепе.