— Это как-то слишком модно для встречи с другом, — безобидно говорю я, и он бросает на меня раздраженный взгляд.

— Я отправил ему сообщение, пока был в ванной. Мы встречаемся в хорошем ресторане.

Тот факт, что он вообще дал мне объяснение, удивляет. Дома Коннор сказал бы мне не лезть не в свое дело. Я знаю, что должна быть благодарна за это, но больше всего на свете мне кажется странным, что он делится со мной большим, не делясь вообще ничем.

Он быстро целует меня в губы.

— Я вернусь достаточно вовремя для нашего романтического вечера, — обещает он. — На самом деле, я не могу дождаться.

Это звучит искренне. И когда я смотрю, как он уходит, а пар из его душа все еще проникает в комнату, я чувствую еще одну из тех стеснительных болей в груди.

Скоро все это закончится. Но я хотела бы, чтобы это продолжалось гораздо дольше.

8

КОННОР

Сначала я не был уверен, как мне удастся договориться о встрече с Нобурой и Кайто Накамурой, но это оказалось проще, чем я думал. Я ожидал, что Сирша разозлится и заявит, что я хочу провести какую-то часть нашего “медового месяца“, или чего там еще в этой поездке, вдали от нее, но она оказалась на удивление покладистой. Может быть, она наконец начинает понимать, что эта штука, чем бы она ни была, ненадежна. Может быть, она рада побыть немного в одиночестве. Эта мысль не должна вызывать у меня ни малейшего разочарования, и я отбрасываю ее в сторону, садясь в машину, которая отвезет меня в дом Накамуры недалеко от Токио. Возможность этой встречи была единственной причиной, по которой я вообще согласился на спонтанное, безрассудное решение Сирши отправиться в эту поездку. Даже если она забыла об этом, я знаю, что в то время она задавалась вопросом, почему я вдруг согласился.

Вот почему.

Мне нужно больше союзников, если я собираюсь успешно захватить королей и удержать их. Якудза были бы отличным дополнением к нашим деловым альянсам и значительным плюсом для меня, поскольку с ними, как известно, трудно вести переговоры.

Вспомни, зачем ты на самом деле все это делаешь, отчитываю я себя, откидываясь на спинку кресла в прохладной, затемненной машине, вдыхая окружающий меня аромат кожи и средства для чистки обивки. Эта поездка не ради Сирши, наших отношений или даже того, чтобы она действительно забеременела. Отсутствие стресса и отвлечений здесь могло бы быть полезным, но, в конце концов, мы могли бы работать в этом направлении так же хорошо в Бостоне, как и здесь. Привязанность между нами прошлой ночью и сегодняшним днем была приятной, но это отвлекающий фактор, который мне не нужен. Я бы никогда не позволил себе разрушить все свои стены вокруг любого другого делового партнера или союзника. Независимо от того, как долго я работаю с Виктором, Лукой или кем-либо еще, я всегда буду присматривать за ними и быть начеку, чтобы не допустить признаков предательства. То же самое должно быть и с Сиршей. Она пришла ко мне с предложением, и, в конце концов, то, что мы подписали, это просто еще одно деловое соглашение. Она могла бы попытаться изменить или предать, если бы это было в ее пользу. Нашла бы людей, которыми она могла манипулировать в своих целях точно так же, как она это делала, чтобы заполучить меня сюда в первую очередь.

Я не могу забыть, кто она такая, кем ее воспитали и кто ее отец. В жилах Сирши течет жадность, власть и манипулирование, и я не могу позволить себе быть уязвимым или слабым с кем-то подобным. Это вполне может привести к моей смерти. Точно так же, как я не могу позволить своей привязанности к брату ослабить мои суждения.

Дом Накамуры величественный, построенный в старинном японском архитектурном стиле, с каменным внутренним двором и фонтаном. Мою машину встречают трое мужчин в черных костюмах, которые молча провожают меня до входной двери дома, где я остаюсь ждать в минималистичной комнате со светлым полом, обшитыми панелями стенами и старомодными произведениями японской живописи. Набор самурайских доспехов находится в дальнем конце одной из стен, и мне кажется, что где-то в доме я слышу рычание крупного животного, почти как у большой кошки, тигра или леопарда.

Хотя это кажется нелепым.

Через несколько минут открывается одна из обшитых панелями дверей, и входит пожилой японский джентльмен с редеющими черными волосами. Его возраст отражается на лице, но его осанка по-прежнему прямая и элегантная, и в нем безошибочно чувствуется сила.

Я почтительно склоняю голову.

— Накамура-сама. Спасибо, что встретились со мной так быстро. Ваш сын присоединится к нам?

— Мой сын опаздывает, — резко говорит Нобура. — Но он присоединится к нам. Я рад познакомиться с вами, Макгрегор-сан. Я имел честь встречаться с вашим покойным отцом в прошлом. Я сожалею, что позже в жизни он сделал такой неправильный выбор.

— Как и все остальные члены его семьи, — криво усмехаюсь я. — Я надеюсь, что не повторю их ошибок.

— Хм. Сюда, Макгрегор-сан. — Нобура делает жест, и я следую за ним через обшитые панелями двери направо в кабинет. Он более современный, чем остальная часть дома, с книжными полками от пола до потолка на дальней стене, большим письменным столом из красного дерева перед ними, диваном и стульями из темной кожи. В комнате, отделанной панелями из темного дерева, разбросаны предметы антиквариата. Здесь сильно пахнет деревом, полиролью для кожи и сигарным дымом.

— Вы курите? — Нобура устраивается в одном из кожаных кресел, вместо того чтобы сесть за свой стол, и тянется за коробкой из-под сигар. При этом он нажимает на маленький колокольчик, и когда я открываю рот, чтобы принять предложенную сигару, дверь снова открывается, и на пороге появляется красивая женщина в шелковой тунике и леггинсах, с черными волосами, заплетенными в косу до поясницы.

— Саке, пожалуйста, Айя. — Нобура открывает коробку с сигарами, протягивает ее мне, и я беру одну, держа ее между пальцами.

Женщина безмолвно кивает и мгновенно исчезает.

— Мы можем подождать с переходом к делу, пока не приедет мой своенравный сын, — говорит Нобура, протягивая мне нож для резки сигар. — Как долго ты в Токио?

— Со вчерашнего вечера. Моя жена спланировала поездку.

— Мм. — Нобура поднимает седеющую бровь. — И она знает, что ты здесь? Пытаешься заключить союз с якудзой?

Я ухмыляюсь.

— Вы рассказываете своей жене обо всех своих деловых операциях, Накамура-сама?

Он смеется.