Бородин пересек комнату, прошел в спальню, забрался на стул и достал с антресолей свой рыжий потертый портфель с черновиками. Там же наверху лежал пустой чемодан, с которым они когда-то ездили в отпуск.

Евгений Петрович походил по спальне и вышел к жене.

— Люда, я решил уйти.

Жена вздохнула и поставила бутылки с водой на пол.

— Наверное, это правильно, — отозвалась она.

— Если не возражаешь, я заберу машину.

Она кивнула.

— Если можешь, прости меня.

Людмила ничего не ответила. Она взяла бутылки и ушла на кухню. Бородин отправился собирать чемодан. Он был спокоен, складывал вещи без нервотрепки, не спеша. Когда он уходил, Людмила вышла в прихожую. На какую-то долю секунды Бородин испугался, что она сейчас заплачет и все начнется сначала.

— Куда ты пойдешь? — спросила Людмила.

— Поживу у мамы. Нужно искать работу.

— Прощай, Бородин.

Евгений Петрович быстро спустился вниз, завел свою залатанную машину и через десять минут уже выезжал на трассу.

Он гнал машину в сторону областного центра. В приоткрытое окно влетал теплый майский ветер, а в голове звенели четкие строчки стихов.

На выезде из города Юлю начала бить мелкая дрожь. У развилки ее должна ждать темно-синяя “Нива” Андрея. Она выхватила ее глазами сразу, едва они окунулись в пеструю стаю машин у переезда.

Андрей нетерпеливо прохаживался рядом. Увидев его, Юля почувствовала, что тетива натянутого лука нетерпения сорвалась и зазвенела, завибрировала, запела. Юля выпрыгнула из машины и замахала косынкой, как флагом. Андрей встрепенулся, увидев ее, оторвался от “Нивы” и, стараясь излишне не выказывать нетерпения, двинулся в ее сторону.

Юля не церемонилась. Забыв о водителе, она побежала навстречу Андрею, прильнула к нему всем телом. Теперь он оставил свою “степенность” — поднял над землей любимую и закружил.

— Как я соскучилась! — прижалась она к родному плечу.

Андрей погнал машину по трассе так, словно они опаздывали. Но на повороте, у посадки, он притормозил, съехал на проселочную дорогу, остановил машину и повернулся к Юле.

— Все, больше не могу.

Они бросились друг к другу как по команде. Ничего не говоря, торопливо снимали одежду и так же торопливо, словно в любую минуту им могли помешать, прильнули друг к другу.

Полчаса спустя они сидели в траве под сосенками и разговаривали.

— Я хочу быть с тобой всегда, — говорила Юля, рисуя травинкой на спине Андрея заглавную букву А.

— Я знаю. Ты говоришь моими словами.

— Ты не устал от наших встреч посреди дороги?

— Я не устал от наших встреч. Я помню каждую в мельчайших подробностях.

— Я не об этом. — Юля легла в траву рядом с любимым. — Иногда мне в голову лезут такие мысли… Время идет, а мы не вместе. Я хочу быть с тобой. Готовить тебе завтраки. Может, мне все бросить к чертям собачьим, Андрюш?

— И потом всю жизнь жалеть об этом? — Андрей перевернулся на спину. — Ты только начала свое дело. Тебе оно нравится?

— Очень! — с жаром откликнулась Юля. — Понимаешь, я никогда сама ничего не делала. Не принимала решения, ни за что не отвечала. Оказывается, этого может не хватать.

— Я понимаю. Поэтому и говорю — давай подождем. Я тоже изнываю без тебя. Но… я не хочу, чтобы ты бросала дело. Давай подождем. Время покажет.

— Голубев! Да ты уже не любишь меня? — Юля подозрительно прищурилась.

— Люблю, — просто ответил Андрей. — Я тебя люблю, Юлька.

— Я так хочу засыпать вместе с тобой и просыпаться вместе…

Андрей поймал ее за руку.

— Правда?

— Да! Да! Да! — Юля зажмурилась. — Я так хочу!

— Я не могу сейчас бросить пацанов. Андрей сел и стал смотреть в сторону дороги.

Юля испугалась.

— Я совсем не хочу, чтобы ты их бросал! Конечно, ты им так нужен сейчас. Мы уже об этом говорили. Нет, я сильная, Андрюша, я потерплю…

Юля обняла Андрея за шею. Он вздохнул.

— Мне тоже тяжело без тебя, Юлька, — признался он. — Ты мне снишься постоянно.

— В приличном виде?

— И в приличном, и в неприличном…

— Надо же!

— Но я послушно и терпеливо жду выходных. Вечером огород поливаю. Думаю — вот приедешь ты, будем варенье варить.

— А с Олей справляешься?

— Скорее она с нами справляется. Сашка Олю слушается лучше, чем твою маму.

— Это ничего, что они живут у тебя все лето?

— Это здорово. — Андрей повернулся и взял в ладони Юлино лицо. — У меня есть гарантия, что ты приедешь.