Паркинс и Вулрич внимательно слушали шефа, начиная понемногу понимать, зачем перед важной встречей с президентом ему понадобилось приглашать к себе именно их. И, кажется, не ошиблись. «Стингеры» в руках афганских моджахедов были навязчивой идеей директора Лэнгли.

— Теперь, когда значительная часть плана дестабилизации Советского Союза на пути к реализации, необходимо позаботиться о том, чтобы наши резидентуры в Восточной Европе усилили свою работу. Надо взорвать Варшавский пакт. Слабейшее звено в нем сейчас — Польша. Фредди, это — ваша обязанность.

Паркинс понимающе кивнул. У него есть чем порадовать шефа «Солидарность» набирает силу, а нелегальные поставки ей денег, литературы и типографского оборудования успешно осуществляются.

— Ну, и конечно, — снова говорит Кейси, — нам требуется качественная информация из Москвы. Желательно из Кремля и из КГБ. Это уже по вашей части, Джеймс. Я знаю, у вас в Москве были неудачи, и серьезные. Сейчас надо о них забыть. Мобилизуйте все свои возможности. Мне необходимо знать, как Советы воспринимают нашу новую политику, как оценивают дела в Афганистане и Польше. Частности мне сейчас не нужны, играйте по-крупному, я поддержу ваши планы и действия.

Дороти Гринберг осторожно приоткрыла дверь кабинета, напомнив директору, что ему пора собираться в дорогу.

— Благодарю вас, Дороти, у меня, пожалуй, еще есть несколько минут. Это важно. У мистера Пайкни, руководителя оперативной группы по Афганистану и нашего резидента в Пакистане, заканчивается срок командировки. Я думаю, Джеймс, надо направить в Пакистан в этом качестве вашего заместителя Питера Николса. У него ведь солидный опыт работы в Таиланде, не так ли? А главное — знание проблем борьбы с русскими. А Пайкни займет его место. Советский отдел должен быть ведущим в наших действиях против Советского Союза. Не так ли, Фредди? Мы ведь с вами договорились об этом.

Вулрич стоически встретил неожиданное решение директора. Питер Николс у него в отделе только год. Однако «Волк» Вулрич знает, что возражать шефу почти бесполезно. Абсолютно бесполезно рассчитывать и на Фреда Паркинса. Независимо от того, говорил ли с ним директор заранее или нет.

— Если это приказ, сэр, я очень прошу дать нам с Питером три-четыре месяца, чтобы осуществить до конца один план. У «Рекрута», нашего агента в Москве, я вам о нем докладывал — это совместная с Федеральным бюро расследований работа по программе «Кортшип» — появились неплохие шансы попасть в разведслужбу русских в Ясеневе. Компенсировать, так сказать, потерю «Пилигрима». Для этого Питеру — он лично знаком с «Рекрутом» необходимо побывать в Москве.

— Ладно, Джеймс, — Кейси уже двинулся к выходу, — считайте, что у вас есть три месяца. — И обернувшись в дверях, скороговоркой бросил: — И второй вопрос, Джеймс. Эрик Хонтауэр скоро вернется в Вашингтон. Поручим ему контрразведывательную работу в Лэнгли. У него нюх охотничьей собаки и темперамент разгневанной гориллы. А в Москву поедет наш кавказский друг. Мой горец — настоящий боевой конь. Смел и хитер. Вдвоем с вами он будет в хорошей связке. Его можно запрячь в такую тяжелую колесницу, как московская резидентура. Ведь он уже проходит у вас подготовку? Не обращайте внимания на его годы — он, как настоящий горец, всегда молод и горяч.

И не дожидаясь ответа, быстро шагнул в свой персональный лифт.

Кадровые решения директора Лэнгли всегда были неожиданными и быстрыми. Старина Билл не считался с эмоциями подчиненных. Он имел свои собственные представления о талантах тех, кому он доверял и считал достойными внимания. Правда, нередко он ошибался. Как ошибается компьютер, которому предложена броская, но ложная программа.

Ракеты и агенты

После визита в Белый дом Уильям Кейси недолго пробыл в заснеженном и неприветливом Вашингтоне. Уже на следующий день неутомимый путешественник устремился в очередную поездку, и снова «Старлифтер» доставил его в Пакистан. В аэропорту Исламабада директора Центрального разведывательного управления встретил лично пакистанский президент Зия-уль-Хак, предупрежденный, что Кейси везет щедрый «подарок» афганским моджахедам согласие Рональда Рейгана на передачу им «Стингеров».

Одновременно со «Старлифтером» Уильяма Кейси в Исламабаде приземлился американский военно-транспортный самолет с драгоценным грузом, который сопровождался группой специалистов, владеющих секретами применения этого грозного оружия. Они быстро обучат воинов ислама, которые выделены для этой исторической миссии. Если будет необходимо, американские инструкторы и сами примут участие в боевых операциях с использованием «Стингеров». Колесо войны в Афганистане должно завертеться с нарастающей быстротой.

Удовлетворенный поездкой и встречами в Исламабаде и Равалпинди, Уильям Кейси через два дня вернулся в столицу Соединенных Штатов, предвкушая приятные новости, которые должны последовать. Так прошло еще несколько недель…

В кабинете Джеймса Вулрича пронзительно затрещал зуммер прямой телефонной линии директора Лэнгли. Одновременно на столе у Кристины зажегся световой сигнал — начальник Советского отдела занят разговором по телефону с директором: не входить и не беспокоить!

— Джеймс, — голос Уильяма Кейси звучал в трубке отрывисто, но не строго. — Вы не могли бы подняться ко мне сейчас?