— И сейчас ты начнёшь говорить, что курсанты твоего учебного отряда должны идти на боевую операцию. Керг, это трибунал для меня и для тебя. Из соседних камер перестукиваться будем!

— С приказом из Департамента?

— С преступно недальновидным приказом! Я при тебе докладывала, парень! — рявкнула полковник, а я припомнил, что в потоке мата было что-то типа «не имею ресурсов выполнить распоряжение», правда, цензурных в этой фразе не было даже предлогов.

— В общем — курсантов вы послать не можете. Так мой отряд… ну сносный выходит. Сделайте их экстерминаторами, — раскатал я губищу.

— Ты ох…ел? — негромко и ласково поинтересовалась госпожа Марта Крюгер. — Тебе чувство собственной исключительности жить не мешает, сержант? Если нет — готовься, начнёт. Это я тебе обещаю!

— Да погодите вы на меня злиться, госпожа полковник! — не стал я прятаться под стол (хотя очень захотелось, с чего-то). — Я последние недели сократил количество виртуальных тренировок. Отряду просто нечему больше учиться в рамках программы и советов ребят… ну, сержантов с командирских курсов. Большинство из них «плавают» в теоретических дисциплинах. Но вы изначально предложили «экзамен делом»!

— Предложила, — не стала спорить с фактом полковник. — Это не слишком распространённый, но встречающийся и применяющийся «на усмотрение наставников» метод.

— А…

— Зачем? — усмехнулась Крюгер, на что я с облегчением кивнул — «гроза» миновала. — Да практически как у тебя, Керг. Для сильных, но быстрых недо… да не только недоумков, — сама себя поправила она. — Травмы, кибернетизация, подобные моменты. Бывали случаи, когда экстерминатор или даже курсант — хотя с курсантом единичные случаи — делает отряд гораздо более боеспособным. То есть на своём месте, но стать экстерминатором с экзаменом — просто не может. Вот и применяют такой метод.

— Благодарю. Так вот, госпожа полковник, в текущей ситуации провести это «задание сверху» как….

— Экзамен отряду? — наконец поняла мою задумку полковник. — Это какая же тебе «халява», Керг! Да и двоечникам твоим…

— Не все у меня «двоечники», полковник, — вступился я за «отряд неудачников». — И «халява», как вы выразились, мне не особо нужна. Но в текущих вводных я другого выхода не вижу, ни для вас, ни для себя. Придумаете — я не против…

— Да хер я что придумаю, — в сердцах рявкнула Крюгер. — Ладно, вообще ты прав, — начала она «себя уговаривать». — Херня выходит: то я «гражданских не выпущу», трибунал. То — «тебе халява», — фыркнула она, сама поняв противоречие. — Всего три дня… Впрочем, они на задание пойдут уже не как курсанты, но ещё не экстерминаторы. Кандидаты, с согласием, принятием ответственности… Пойдут? — бросила она на меня взгляд.

— Вот, — продемонстрировал я экран командирского планшета.

А там, на условиях «гражданского договора», подписи членов отряда делегирующие мне права командира, со всеми правами-обязанностями. Ну, фактически, нормальный боевой отряд, только не на присяге, а на договоре.

— Толково, — покачала головой Крюгер. — Но — уточни. И скинь на комм, — перекинула она номер, — как будешь ТОЧНО уверен. Дам указание на довольствие, снаряжение… В общем — чтоб готовились к нормальной боевой операции!

— Само собой, полковник Крюгер! — даже возмутился я.

Нет, понятно, что эта «прогулка в Светлолесье» — не полноценное задание для отряда. И я, например, совершенно не против, если после него нам дадут «нормальное». Но риск всегда есть, а экстерминатор — не турист из соседнего города с торговой или ещё какой миссией! Естественно, мы будем готовы, что я, возможно, слишком эмоционально, полковнику и озвучил.

— Вот и хорошо, ступай, Керг, — негромко произнесла Крюгер, а я её даже мимоходом пожалел в этот момент.

Ну, как-то вот прямо на глазах боевой полковник стала выглядеть как усталая, грустная, пожилая женщина. Ну… да ладно, в общем. Щёлкнул каблуками и потопал собирать отряд, потому что «уточнить» — стоит, хотя с учётом «делегированных полномочий» я могу и без их согласия принять это задание, за них.

Хотя, конечно, Электродрель «жжёт», альтка посольская. Вот интересно, на кой чёрт ей это? Из вредности альтской (или женской), потому что я её зубодробительное имечко выговорить не могу? Или, зная реалии Идигена, решила мне так помочь? А может и просто — знакомому своё Светлолесье показать, похвастаться — тоже ведь исключить нельзя. Узнала, что «есть возможность» — и воспользовалась, ну а что из-за этого куча народу в неудобную позу встанут — ей всё равно. Даже если знает, хихикает и ладошки потирает… А может, и нет, и вообще — не до того. Так и так увижу, уточню.

Собрал народ у себя дома: всё же нашлось применение площадям моей квартирки. Не жили, конечно, с отрядом (хотя Элла на этот раз меня встречала в таком виде, что я чуть не отложил сбор, ночевала в эту ночь), но как место для проведения важных совещаний или, пусть и не часто, совместного отдыха — использовали. В общем, собрал народ, огорошил новостями. И — никто, как ожидалось, не отказался. Наоборот, стали лыбы неприличные появляться и шепотки в тему «халява привалила».

— Оря-а-ад, — ласково улыбнулся я. — Если кто из вас не понял — это «аванс», знак доверия. Которое надо будет заслужить. И если нам после этой прогулки не дадут нормального задания — я сам его вам устрою. Чтоб экзамен как экзамен запомнился, — посулил я.