Решение радикально изменить отношение принялось само собой, и я ласково прикоснулся к шелковистой коже левого предплечья девушки:

— Ва-а-аль, открой, пожалуйста, глаза.

Она повиновалась, поймала мой взгляд и превратилась в слух.

— Попробуй вызвать щит жизни так, чтобы он накрыл линзу-камертон, и постарайся понять, как это скажется на движении Силы через «петлю».

«Незаменимая» попробовала, прислушалась к своим ощущениям и через пару минут выдала совсем не тот ответ, на который я рассчитывал — заявила, что поток сильно замедлился и ощущается заметно «тяжелее».

Я расстроено хмыкнул, вспомнил, как Шахова разбиралась с наличием неких завихрений Мединского, прижал руки к запястью Замятиной чуть выше и чуть ниже линзы-камертона, некоторое время воевал со взглядом в себя, отказывавшимся показывать чужие магистральные каналы и ток Силы, затем осознанно вызвал ярость и «заставил» первостихию «включить», вроде как, пробуждающийся только у целителей. Да, его первая активация «съела» большую часть остатков резерва и «порадовала» легким ознобом, но мне было плевать: я «увидел», как закручивается поток, выходящий из «петли», и «сел» на накопитель! Поэтому попросил Валентину убрать щит, активировал покров и, фактически вдавив его в магистральный канал Замятиной… сдуру начал экспериментировать с вариантами решения проблем с «шероховатостями», вызывающими эти самые завихрения. Слава богу, мысль о том, что главный инструмент мага — это Воля, посетила меня достаточно быстро, и я, мгновенно перестав валять дурака, занялся делом. Для начала попросил Слугу снова вывесить щит жизни, и решительно «вдавил» в него что-то вроде матрицы аналогичного участка своего покрова. А когда сбросил ненужное заклинание и снова вгляделся в поток, чуть не завопил от радости: он вливался в канал идеально «гладкой» струей, причем раза в полтора-два быстрее, чем до эксперимента!!!

Как вскоре выяснилось, Замятина, отслеживавшая мои манипуляции, «увидела» только конечный результат, а почувствовала и того меньше — некий импульс, «встряхнувший» всю энергетическую систему, включая ядро, легкое головокружение и, почему-то, довольно сильную эйфорию. Поэтому мои объяснения слушала, вытаращив глаза, открыв рот и периодически облизывая пересыхающие губки:

— По моим ощущениям, длительность медитаций с линзами-камертонами каким-то образом зависит от неких шероховатостей, вызывающих завихрения Мединского. У меня этих шероховатостей нет, а у тебя, моей незаменимой помощницы, были. А теперь, кажется, пропали. Поэтому еще раз вывеси «петлю», накрой ее щитом жизни и расскажи, что изменилось.

Тут целительница, ушла в себя, порядка полутора минут анализировала новые ощущения, а затем расплылась в такой безумной улыбке, что слова стали не нужны. Тем не менее, я их выслушал:

— Мой господин, «петля» стала совсем другой и практически не требует внимания; Сила течет раза в два быстрее, чем обычно; ядро и резерв словно распирает, а проводимость каналов, причем не только магистральных, но и второстепенных, стала намного выше!!!

— Отлично! — обрадовался я и продолжил делиться своими мыслями: — Итак, в данный момент на тебя действуют два эффекта — воодушевляющее касание и… пусть будет «слепок». Первый, вроде как, зависит от моего ранга и действует порядка двух часов, а с принципом работы второго, увы, придется разбираться. Поэтому ближайшие несколько часов прислушивайся к себе как можно внимательнее и постарайся поймать момент «сброса», если, конечно, он произойдет.

— Мой господин, а можно вопрос?

— Да, конечно.

— А как вы увидели ток моей Силы? Ведь вы не целитель!

— Как выразилась бы Шахова, прогнул первостихию и заставил ее дать мне этот вид зрения! — гордо заявил я, почувствовал, что получилось как-то уж очень хвастливо, и переключил внимание девушки с себя на нее: — Кстати, раз это получилось у меня, значит, принцип работает. Поэтому с сегодняшнего дня мы меняем твое отношение к воздействию целительскими заклинаниями: вместо того, чтобы тупо формировать плетения и ждать заранее известного результата, ты будешь заставлять Силу добиваться нужного тебе эффекта! Логику поняла?

— Да, мой господин! — глядя на меня взглядом напрочь двинутой фанатки, восторженно выдохнула она.

А я… пришел к выводу, что в этом конкретном случае фанатизм пойдет только на пользу. Причем обоим. Поэтому постарался усилить произведенный эффект: — И еще: Валя, ты сможешь. Совершенно точно! Хотя бы потому, что видела результат, знаешь, что это возможно, и уже избавилась от «шероховатостей» в энергетике. Кроме того, перед тренировкой я на всякий случай взбодрю тебя еще одним воодушевляющим касанием. В общем, задвинь все сомнения куда подальше прямо сейчас и забудь о том, что они когда-то были!

— Сомнений нет: я чувствую, что Дар стал сильнее, и знаю, что смогу! — уверенно заявила Валя, для пущего эффекта выделив интонацией последнюю фразу предложения, а затем загрузила: — Но резкий рост эффективности моих заклинаний наверняка вызовет вопросы у Валентины Алексеевны. Как будем решать эту проблему?

Я обдумал наиболее вероятные варианты, пришел к выводу, что попытка сокрытия новой возможности ни к чему хорошему не приведет, и хищно усмехнулся:

— Радикально! Приведи ее ко мне. Прямо сейчас. Только надень халат, а то мои тренировки в этом плане ее не касаются. И придави либидо, ибо если она сочтет столь ранний вызов следствием каких-либо проблем с моей энергетикой, то может прибежать даже голой. А к ее формам я еще не привык…

…Шахова примчалась ко мне в гостиную в шелковом халатике на голое тело, встревоженной, растрепанной, помятой, но уже бодрой. Убедившись, что я жив-здоров, вопросительно выгнула бровь, ответила на пожелание доброго утра, обратила внимание на щелчок дверного замка и «увидела» мой жест, предлагающий опуститься в кресло.

Села чуть энергичнее, чем хотелось бы, из-за чего полы халата съехали с бедер и буквально на пару секунд засветили ярко-фиолетовый треугольничек между аппетитных бедер. Эту «тему» я уже «проходил», поэтому мысленно поблагодарил девчонок за науку и совершенно спокойно перешел к делу: