— Господа, не торопитесь! Я понимаю, что приказ есть приказ, но вызов, по сути, прозвучал, поэтому обязан на него ответить. Ахмед, если ты жаждал со мной подраться, то, согласно требованиям второго пункта девятой статьи дуэльного кодекса Российской Империи, я дам тебе удовлетворение в течение трех месяцев после наступления совершеннолетия. Если же ты имел в виду гонку, то вот я, вот ты, а вот трасса. И еще: если твои спутники испытывают те же чувства, то пусть составят тебе компанию: в случае проигрыша всем троим я оставлю вам эту и пришлю в Халифат еще две подобные машины.

Как и следовало ожидать, Дауд схватился за голову, а его двоюродный брат с прихлебателями потребовали у охраны дать им возможность защитить свое доброе имя. Те растерялись, ибо, по моим ощущениям, тупо не знали, как связаться с Масумой бинт Фалах. Но она «проявилась» сама, позвонив Раисе Александровне.

Вопросов я, естественно, не слышал, но догадывался, о чем шла речь… аж минуты две. По односложным ответам «старшей сестренки». А потом она закончила говорить, зато подобрался Дауд. И, выслушав монолог прабабки, озвучил ее волю — сообщил, что гонка состоится, но сразу после ее завершения Ахмед и его компания должны будут выдвинуться во дворец.

Те, конечно, поежились, но стряхнули захваты телохранителей, гордо развернули плечи и вслушались в монолог Суккубы, решившей не затягивать:

— Тратить время тренировки на три заезда я не собираюсь. Поэтому поедете всего один круг без разогрева с полными баками и отключенными ИИ. Если Лютобор выиграет, то заберет все машины проигравших с обнуленными прошивками искусственных интеллектов. Если придет вторым, то отдаст свою «Искорку» с обнуленной прошивкой победителю и заберет «Иблисы» тех, кто финиширует после него. Станет третьим — отдаст две «Искорки» и заберет один «Иблис». Четвертым — отдаст свой болид самому быстрому сопернику, а двум другим пришлет такие же. Если устраивает, значит, катите заправляться. Нет — свободны.

Их все устроило, поэтому заправляться поехали все. И заправились. Под неусыпным взором директора автодрома, вызванного «старшей сестренкой». Потом этот же араб дал команду активировать искины, замерил выходные характеристики блоков управления, после отключения последних повесил на них «сторожки» и отправил нас на стартовую линию, а сам ушел в судейский «стакан».

Добирался сравнительно недолго — минуты четыре с небольшим. Потом врубил и проверил «иллюминацию», вывел на огромное голографическое табло телеметрию с камеры, направленной на морды наших машин, вывесил голографический таймер, запустил тридцатисекундный отсчет и по громкой связи попросил «зрителей» покинуть стартовый квадрат. Народ, конечно же, повиновался, а водители «Иблисов» начали пугать меня грозным рычанием мощных движков. Только мне было до фонаря: я знал, что эти парни мне не соперники, поэтому разогнал «замедление времени» до нынешнего предела и за секунду до обнуления таймера активировал ускорение. Зачем? На всякий случай. И не прогадал: «Иблис», занимавший соседнюю, вторую позицию, и сорвавшийся с места где-то на пару сотых секунды позже меня, «случайно» повело и, по логике, должно было воткнуть в заднее левое крыло моей «Искорки». Но не воткнуло — передний бампер машины араба разминулся с моей в считанных сантиметрах. А потом стало поздно: дурь, вложенная в движок моего болида конструкторами и мастерами по тюнингу, дала о себе знать, и тачки арабов начали отставать. Да, второй «нукер» Ахмеда тоже попытался протаранить меня перед первым же поворотом, «забыв» о необходимости оттормозиться, но неудачно. Из-за чего пролетел мимо, вылетел с трассы и сел на брюхо. А третьего шанса я им не дал…

Глава 12

Часть 1

15 февраля 850 г. от ОВД.

…Первая половина четверга прошла обыденнее некуда. На утренней тренировке по боевке из меня выжимали все соки пестуны, а на автодроме буйствовала Суккуба. Обед удивил только тем, что на нем не было Дауда — его вызвал к себе отец, и расстроенный парень был вынужден уехать во дворец еще в час дня. А вот вторая, послеобеденная тренировка, изрядно напрягла: через считанные минуты после начала моей третьей схватки Шахова вдруг заявила, что Валя перенапряглась, и ей требуется помощь целителя, в темпе поставила на ноги «недолеченную» Янку, заявила, что запрещает продолжать занятие, и увела Замятину в процедурную.

Мы с Земляничкой, естественно, рванули следом. Вроде как, особо не тупили, но уперлись в закрытую дверь и потребовали нас впустить. Валентина Алексеевна выглянула наружу через несколько мгновений, оглядела меня с головы до ног и посторонилась. А когда следом за мной качнулась Зыбина, отрицательно помотала головой:

— Он Валин господин, значит, имеет право знать ВСЕ. А ты пока погуляй.

Тон, которым произносился этот монолог, отбивал всякое желание спорить, так что Яна закусила губу, дернула меня за рукав и сказала, что будет ждать информации в моих покоях. Я коротко кивнул, зашел в процедурную, встревоженно уставился на «незаменимую», спокойно сидящую на массажном столе, и услышал тихий смешок «прабабки»:

— Не дергайся — с ней все в порядке!

— Не понял? — нахмурился я, начав поворачиваться на голос через левое плечо, наткнулся взглядом на активированную «глушилку» и застыл.

— Ага! — хохотнула старшая целительница. — Я действительно притащила ее сюда для того, чтобы переговорить с тобой без посторонних ушей!

— О чем?

Тут женщина посерьезнела, села в ближайшее кресло и подергала себя за кончик носа, что, как я уже знал, являлось признаком сильного волнения:

— Не знаю, помнишь, ты или нет, но сразу после впечатывания слепка я заметила в ядре твоей Слуги некие неидентифицируемые изменения, а в энергетике — «что-то непонятное». Так вот, первые двое суток ядро вело себя абсолютно нормально, вчера утром начало слабо пульсировать, всю вторую половину дня посылало по магистральным каналам какие-то импульсы Силы и периодически рывком вытягивало от пяти до двенадцати процентов резерва, а сегодня, во время исцеления Яны, разом прорвало Валю на две ступени. Мало того, закончило формирование третичных структур, о которых я уже рассказывала, удвоило резерв и выправило практически все имевшиеся огрехи в энергетике. Результат вызывает белую зависть: если еще на прошлой неделе Валя теоретически могла дорасти от силы до четвертой ступени мастера, то сейчас в потенциале — Архимаг, причем значительно сильнее меня!

— Охренеть!!! — только и смог, что вымолвить я, нервно облизал губы, сел на стол, так как других свободных горизонтальных поверхностей в комнате не наблюдалось, и озвучил догадку, шарахнувшую по сознанию, как кувалдой: — Получается, что физики ценны, прежде всего, возможностью существенно ускорять развитие других магов?!

Целительница как-то странно усмехнулась и выдала совсем не тот ответ, которого я ждал:

— Если честно, то я додумалась до этого вывода только в момент прорыва. А из информации, полученной от известных лиц, следовали другие, гораздо менее впечатляющие…