Смешно, глупо, но заводило не слабо. За час я испытал целый спектр противоположных эмоций. Официанточка и веселила своей наивностью, хотя это слово не очень-то вязалось с этой девицей, но что-то такое проскальзывало. Затем раздражала нагловатыми выходками, которые я сразу же пресекал. Я на многое готов закрыть глаза, но не на наглость. И все же удовольствие я получил, хотя пошлость ситуации зашкаливала.

После, некоторое время обдумывал, что за херня со мной приключилась. На такое «добро» я никогда не клевал. Но так и не найдя ответов, посчитал – лучше забыть и сменить ресторан от греха подальше.

Но, видимо, от судьбы не уйдешь. Впрочем, «судьба», конечно, громко сказано. Смотрю на эту официантку – пьяную, размалеванную, похожую на шалабуду в этом дешманском платье и позорных чулках, и не знаю: то ли смеяться над такой пещерной выходкой, то ли преподать хорошенький урок. Дать ей понять, что наглость – не второе счастье, а дебилизм ума и сердца, и необходимо это запомнить на всю жизнь.

Тут девушка опускает руку и прячет стыдливо глаза, переминаясь с ноги на ногу. Стоит отметить —роскошные ножки. И у меня духу не хватает унизить ее сверх того, как она уже это сделала сама. Что с нее взять? Глупая девчонка. Пыжится привлечь внимание. Стоит себя вспомнить в ее возрасте, хотя конечно, наглецом я не был.

По сути, какая разница, зачем сравнивать? Не хочу грузиться весь вечер, с меня не убудет, если спущу ей все на тормозах. К тому же сам где-то оплошал, раз она решила, что ко мне можно вот так запросто. Не хочется верить, что девушка законченная идиотка. Конечно, можно поставить ее на место, но у меня слишком хорошее настроение – этой дурехе сегодня повезло.

Взглянув на нее перед тем, как зайти в клуб, почувствовал удовлетворение и веселье. Официантка была смущена, и с мольбой смотрела на меня. А заметив, что я собираюсь уйти, прикусила губу. В ее глазах промелькнули слезы-это решило все. Я повелся, сдался, забив на принципы и прочие заморочки.

Кивнув Димкиным парням из охраны в сторону девчонки, вошел в клуб, зная, что через пять минут она и ее подружки войдут следом, но решил не думать об этом. Ни к чему мне этот геморрой. Будем считать, что у моего поступка нет никакой подоплеки, кроме порыва в духе «я когда-то тоже был молодым».

Я направлялся к ВИП-зоне и морщился – музыка била по ушам, сигаретный дым вызывал удушье, а пьяные рожи – отвращение.

– О, Гладышев!

– Здорово, друг!

– Привет.

– Как похудел.

Посыпалось со всех сторон, как только я подошел к друзьям. Минут десять мы обменивались приветствиями, делились новостями. Но потом все расселись по местам и выпили за встречу. Друзья, как обычно, прошлись по своей любимой теме – содержимом моего бокала. Хотя каждому было прекрасно известно, что алкоголь я не переношу, поэтому чаще всего во время таких встреч предпочитаю кокосовое молоко.

– Гладышев, вот если бы не знала твой сволочной характер, то недоумевала, как ты еще без нимба ходишь, – прогнусавила Вика со столь модным «московским акцентом». Меня передернуло. Твою же маму, ну неужели нельзя нормально говорить? И почему Антропова всегда цепляет какую-нибудь дрянь? В мире столько всего модного и одновременно полезного, но нет, все что негоже – все ее.

– Викуль, ты еще не в полной мере прочувствовала мой «сволочной» характер, а то бы держалась подальше, – иронично сделал я недвусмысленный намек. Аленка усмехнулась, наблюдая за нашим обменом любезностей, остальные даже не обратили внимания, занятые беседой. Впрочем, зная нашу взаимную «любовь» с Антроповой, не удивились бы. Терпим мы друг друга исключительно из-за Михи.

– Да уж, наслышана от Ленуси, – кольнула она. Я посмотрел на нее хмуро, желая при этом, чтобы она подавилась своим ядом.

– Как же ей повезло бедной – одни сволочи кругом, – сыронизировал я. Вика покосилась, почувствовав камень в свой огород, поджала губенки и кинула на меня убийственный взгляд. Я ухмыльнулся и отсалютовал бокалом:

– За нас, Виктория Викторовна – сволочей!

Аленка толкнула меня в бок и со смешком попросила:

– Гладышев, ну не заводи ты ее.

– Слышь, Гладышев, а что там, у входа произошло? – вдруг спросил Диман.

А я-то думал, пронесло. Хрен там, если уж застукали на месте преступления, не отвертишься.

– Да, да, мне тоже интересно, что это за шалашовка? Это же надо такое отмочить! – оживилась Аленка. А меня почему-то это ее «шалашовка» неприятно кольнуло, поэтому я шутливо напомнил: